Опасный ум

Опасный ум

Человечество с его страхами находится сейчас на таком уровне развития, при котором жизнь без эмоций является немыслимой. Порывы чувств – это наша радость и огорчение. Если бы мы еще умели не впадать в крайности. Знания о природе человека и ее развитии заставили бы человека задуматься и ощутить границу. Приращение этих знаний происходит, увы, через страдания.

Ни для кого не секрет, что если плохое вырастает до очень больших размеров, то маленькое хорошее становится очень большим хорошим. А если чрезмерно разрастается хорошее, то маленькое плохое делается очень большим плохим. Поэтому опаснее всего ситуация, когда перебарщивается с хорошим.

Эмоции одухотворяют испуганного человека. В эмоциях мы будем нуждаться до тех пор, пока не научимся осознанно изменять материю при помощи мысли, т. е. пока не научимся разумно быть счастливым. Перемена не может произойти мгновенно либо в порядке массовой кампании – так, как некогда было введено обязательное среднее образование. Однако процесс этот возможно облегчить и ускорить.

Между тем продвижению жизни вперед способствует лишь мысль толковая, исходящая от сердца.

Однако складывается впечатление, будто жизнью движет лишь мысль, исходящая от разума. Чем больше человек считает, что он продвинулся вперед, тем больше он незаметно для себя откатывается назад. Кто из своих разочарований делает щадящий для себя вывод, мол, не стоит ничего воспринимать близко к сердцу, тот не понимает, что он перегораживает плотиной реку. Любое разлившееся водохранилище без проточных вод становится грязным болотом и наконец зарастает. Так сухая мудрость становится высохшим водоемом, который уже не является водоемом. Это – смерть водоема, смерть течения воды.

Есть смелый человек, и есть испуганный человек. Смелый человек рассудителен. Испуганный человек может быть только умным. Мудрость испуганного имеет и вторую грань – глупость.

Человек рассудителен в той степени, в какой у него открыто сердце, т. е. чем меньше у него страх меня не любят. Страх блокирует рассудительность, давая возможность стать лишь умным.

Существует две категории людей со страхами:

1) сердечный дурак,

2) бессердечный умный.

Кем бы из них предпочли быть Вы? Прочувствуйте в себе ответ и постарайтесь быть честным перед самим собой. Хорошо, если Вы хотели бы быть достойным.

Сердечный дурак и бессердечный умный – это две грани единого целого.

Нам кажется, что сердечный дурак – пустое место в жизни. На деле же он движет незаметно жизнь вперед. Он подобен маленькому камешку, который катится вперед, увлекаемый подошвой, на него наступившей. Он не считает, что человек идет в неверном направлении, а помогает ему, насколько хватает сил и умения. Его сердечность движет вперед жизнь и компенсирует его собственную примитивность.

Бессердечный умный – человек, что называется, разумный, который знает, чего хочет, и идет туда, куда ему надо. Ум ведет жизнь вперед, а бессердечность тянет назад. Эти две противоположности вызывают в человеке медленный внутренний надлом. Побеждает всегда душа, а тело всегда терпит поражение. Такой человек мучается сам и мучает других. Чем больше возрастает внутреннее напряжение, тем больше страдают другие. Когда же наступает предел выносливости, наружу вырывается жестокость.

Бессердечный ум развязывает войны. Чем объемнее бессердечный ум, тем масштабнее и более жестока война. Все начинается с войны в собственной душе, затем вовлекается тело, затем война перерастает собственные границы и начинает шириться, перерастая в разрушительную физическую войну. Так умный человек губит себя и созданные другими ценности.

Когда происходит отождествление ума и интеллигентности, возникает бессердечность.

Когда объединяются ум и достоинство, возникает сердечность.

Как и во всем, изменение количества приводит к изменению качества. Вам наверняка известны интеллигенты разного рода. Иного образованного человека люди называют интеллигентом неодобрительно, имея в виду лишь уровень его образованности. Другого же называют интеллигентом с полным уважением. Поговорим о них подробнее.

Умный человек, считающий других хуже себя, не может быть сердечным. Знания он приобрел для того, чтобы стать лучше других. Так велел ему страх меня не будут любить, если я останусь глупым. Работа в подчинении у такого человека есть принесение себя в жертву. Он не уважает тех, кто ниже его по должности. Вместо того, чтобы повысить человека по службе или научить его, он при всяком удобном случае подчеркивает свой ум или чужую глупость, желая возвеличить свою персону. В итоге его перестают уважать, поскольку он возвеличивает себя за счет унижения других. Подобное возвеличивание есть не что иное, как унижение самого себя.

Такой человек вместо ожидаемой легкости ощущает тяжесть, и это его раздражает. Не умея разглядеть причину в себе, он винит других. Он желает непременно доказать свое право сделать что-то, не выбирая при этом средств, ради достижения цели, чтобы жизнь улучшилась. Он идет, как ледокол, тараня препятствие. Он принуждает себя работать и считает естественным, что тогда он вправе заставлять и других.

Его еще помнят как очень хорошего человека. Умный, деловой, справедливый, работящий. Все понимал, всем сочувствовал, всегда помогал – и надо же, как изменился. Говорящим невдомек, что они же и злоупотребили сочувствием опечаленного человека. Подавляемая печаль обратилась в сдерживаемую жестокость. Печальный человек не желал признаться в своей печали и потому позволил другим себя использовать.

Обоюдно изменяя друг друга, люди становятся жестокими к себе и друг к другу.

У такого руководителя в коллективе происходит быстрая текучесть кадров. Команда, которую унижают, постоянно распадается и не может служить прочной опорой для такого альпиниста в его восхождении. Топтание на месте выводит из себя и заставляет все чаще искать причину в других. Тело преподносит такому человеку урок в виде заболевания 12-перстной кишки.

Чем больше этот бессердечный умный, для которого цель важнее людей, костерит команду, тем тяжелее заболевание. Его жестокость приводит к язвенной болезни. Если у руководителя язвенная болезнь, то в коллективе, где люди согласны терпеть все, лишь бы не лишиться места, многие также заболевают язвенной болезнью. Жертвование собой лишь ради цели приводит к хирургическому удалению части 12-перстной кишки.

Прямые причины различны:

– постоянная боль означает, что у человека постоянная злость на коллектив;

–  язвенное кровотечение означает, что человек настроен мстительно по отношению к коллективу;

–  разрыв 12-перстной кишки означает, что злоба на коллектив превратилась в жестокость и что человек лопнул от своей жестокости. Теперь ему требуется хирургическая помощь, что заставит его надолго заняться собой, чтобы осознать свои ошибки.

Человеческая жизнь – беспрестанная учеба, своего рода восхождение от земли к небу. И я тоже учусь. У многих это мое признание вызывает недоверие, ибо испуганный человек нуждается в ощущении надежности, а разве даст его школяр? Им я говорю лишь одно – все относительно. Ни одна наука или мудрость и секунды не стоит на месте и не является окончательной. Если ее развитие прекращается, то это – мертвая наука, которая никому не помогает в жизни. Верить следует тем, которые постоянно учатся и совершенствуют свои знания и не стесняются об этом говорить. Если Вы начнете учиться сами, то поймете, насколько велика у человека движущая сила воли.

Чем выше мои знания, тем тяжелее болезни, с которыми ко мне обращаются люди. У таких пациентов накопилось огромное количество стрессов, и потому толкование их душевной жизни – дело сложное. Чем больше стрессов ухитряется подавить в себе человек, желая казаться интеллигентным, тем медленнее его мыслительная работа и тем ниже способность воспринимать мои пояснения. Он привык всегда получать по максимуму, привык улаживать все быстро и легко.

Быстрота его души и медлительность мысли, а позже уже наоборот, находятся в противоречии друг с другом. Хорошо, если он вообще осознает свою проблему.

Иногда я ощущаю, что буквально силой тащу за собой иного больного, и в таких случаях бываю вынуждена спрашивать себя: «Имею ли я право так поступать? Ведь это– злоупотребление душевной силой». В самооправдание я говорю себе: не я пришла к пациенту, а пациент пришел ко мне. Во многих случаях мне приходится все же объяснять больному, что хоть его желание и свято, но лечение мыслями, т. е. лечение на наивысшем духовном уровне, годится не для каждого. Не каждый способен идти с лечением нога в ногу. Пациент, естественно, недоволен.

Ум, который подавляет чувства и возвышает себя, может привести человека к умопомешательству. Причем это помешательство не есть неукротимый всплеск эмоций, регулярный и ожидаемый. Помешательство может явиться полной неожиданностью для стороннего наблюдателя, ибо более интеллигентного человека трудно сыскать и потому невозможно представить, что такой воспитанный, вежливый, трудолюбивый и умный человек может тронуться умом.

Лечение мыслями основывается на высвобождении негативных эмоций. Чем целенаправленнее это происходит, тем быстрее проходит конкретная болезнь. Лечение мыслями оказывает воздействие, если человек осознает свои негативные мысли, т.е. признает свои ошибки. Автоматически происходит освобождение от энергии негативных мыслей.

Человек, одержимый идеей быть умным, интеллигентным и уважаемым, который с детства усердно работал над собой во имя этого идеала, неспособен воспринимать как патологию свою незаметно прогрессирующую бесчувственность. Ее он рассматривает как признак возрастания интеллигентности. Он испытывает удовлетворение от того, что сумел сохранить спокойствие там, где другие вышли из себя и повели себя неинтеллигентно. Довольный собой, умный человек желает на всякий случай научиться владеть собой еще лучше и не замечает, что самообладание становится самоцелью. В его обществе люди чувствуют себя напряженно, ибо всем своим обликом он вынуждает их измениться под стать ему.

Чем лучше он собой владеет, тем больше на его пути попадается сумасбродов – обычно это мать, супруг, ребенок или еще кто-нибудь, кого нельзя «уволить» с работы – которые пытаются пошатнуть его самообладание. Потеря самообладания всякий раз больно ранит его гордость – он оказался ничуть не лучше крикуна. Он пытается исправиться тем, что еще туже натягивает вожжи.

Такой человек не упускает возможности выразить свое отношение к неинтеллигентности. Делает ли он это мимикой, тоном, словами, жестами или всем своим поведением – это разговор особый. Из него может получиться прекрасный руководитель, поскольку он живет ради своей работы или формы. Из разговора с ним чувствуется, что он действительно внимателен и заботлив к подчиненным. Но проявляется это своеобразно, что отнюдь не приводит подчиненных в восторг. По отношению к неинтеллигентным он становится все более и более суров и критичен, объясняя это требованиями дисциплины.

Его жизнь во имя других подобна струне, из которой хотят извлечь прекрасные звуки и которую натягивают до предела, пока не лопнет терпение. Неизвестно отчего чаша оказалась переполненной. Не было ни ссоры, ни неприятности, возможно, не было даже общения с кем-либо. Мысли ведь деянием не называются. Прислушайся он к своим чувствам, то уловил бы некое предупреждение, но вместо этого он посвятил себя деятельности.

Сердце перестало чувствовать. Но попробуй кто-нибудь назвать его бессердечным, он никогда не простит этого тяжкого оскорбления. Упрек в бессердечности ранит в самое чувствительное место – в сердце. Ведь он стремился стать лучше именно из страха оказаться бессердечным. Вдобавок он постоянно ищет ошибки в себе и постоянно их исправляет. Душевная рана вынуждает еще больше культивировать самообладание, и умный человек не замечает, что жертвует чувствами ради целей.

Он не видит, что живет во имя больших целей, движущих жизнь вперед, отодвигая ненужные мелочи на задний план. Мелочи – это эмоции и чувства. Мелочи мешают, а потому не нужны.

Деловитость и рациональность ума являются внешне привлекательными, как и интеллигентность, однако они имеют границу. Граница эта – человечность, переступив которую человек становится машиной. Машина может быть красивой, полезной или ценной, но она бессердечна и бесчувственна. Превращение человека в машину происходит через умерщвление чувств. Человек, превратившийся в машину, сохраняет здоровье и выносливость лишь до известного предела, затем наступает перелом – и он уже не в состоянии подняться. Мешает страх никогда уже не восстановить прежней формы.

Зачастую такой человек бывает трудоголиком, зубрилой, фанатичным спортсменом или просто рьяным общественником. Свободное время или развлечения, навязываемые ему время от времени семьей или коллективом, для него – сущее мучение. Он настороженно относится к супругу или детям, пресекая малейшую попытку выдумать какое-либо мероприятие под лозунгом заботы о нем. Он не умеет радоваться и потому боится навязываемой эмоциональности. Его раздражает веселье и успокаивает отсутствие огорчений.

Трудолюбие – его честь, гордость и душевный покой. Поэтому он повсюду ищет деятельности и не понимает, что тем самым бежит от себя. Покуда душа окончательно не подавлена, он ищет возможность вдохнуть жизнь в свое тело и разум, т. е. пробудить естественные человеческие потребности. Он занимается спортом, закаливает себя, старается быть в курсе событий, ибо эти признаки человеческого бытия научно обоснованы.

Поскольку человек, превращающийся в машину, умен и постоянно совершенствует свои знания, его интересует функционирование здорового тела. Вскоре его и это перестает удовлетворять, и он начинает ощущать, что что-то не так. Тело здорово, медицинские обследования отрицают наличие болезни, но непонятное отчаяние вынуждает искать помощь.

Многие попадают ко мне. Они говорят почти одно и то же. Можно сказать, что в начале речи они зачастую дословно повторяют друг друга, ибо речь их заранее продумана: «Я прочитал Ваши книги. Верно написано. Я слушал Ваши лекции. Очень все актуально. Но я не ощущаю, что меня не любят. Не ощущаю этих стрессов, о которых Вы пишете, хоть и знаю, что они у меня есть. Зато ощущаю, что нижняя часть тела у меня холодная и все менее чувствительная, и этот холод и нечувствительность поднимаются все выше. Они уже достигли рук. Я знаю, что я жив, но чувствую, что я умер. У меня такое чувство, что наступит утро, когда я не смогу подняться. Я чувствую, что прощение мне не под силу, потому что разговор о стрессах меня как будто не касается, хотя я знаю, что касается». Видите, сколько чувств, которые подают о себе знак, невзирая на их умерщвление.

Такие люди отрицают у себя наличие страхов не потому, что желают казаться смелее, сильнее, достойнее. Они действительно их не ощущают, так как умертвили свои стрессы во имя своей интеллигентности. Некоторые осмеливаются открыто признаться в боязни сойти с ума. Это значит, что человек дошел до последней черты. И тогда он обращается к своим чувствам: «Дорогие чувства! Простите меня за то, что я не освобождал вас, а сдерживал и подавлял, чтобы быть интеллигентным. Теперь я отпускаю вас на волю. Как-то странно разговаривать с тем, что не видно глазу, но я знаю, что вы есть и слышите меня. Я знаю, что хотя бы крошечная часть из вас сегодня освободится. Дорогое тело! Прости, что прежде не умел помочь тебе подобным образом».

У такого человека существует опасность превратиться в наркомана. Стоит ему хоть раз получить инъекцию наркотика для снятия боли, связанной с якобы случайной травмой, и он почувствует себя распрекрасно. Из-за той же боли может потребоваться еще один укол – и пришла большая беда.

К сожалению, такие люди не просто одиночки, заблудшие и несчастные. Чем интеллигентнее становится человечество, тем больше все мы становимся такими. Раскрыв рот, любуемся умными и равнодушными, преуспевающими и красивыми людьми, не сознавая, что они чуть нормальнее нас, поскольку все еще нуждаются в любви. Читаем и слушаем критику, в которой все душевные ценности измеряются физическими величинами, и считаем это правильным. А потом никак не можем понять, отчего жизнь делается все труднее.

Человек может быть сколь угодно умным, но если он подавляет свои чувства ради интеллигентности или солидности, он со своим умом будет биться о стену до тех пор, пока ум не превратится в глупость. Ни одна голова не выдержит дольше, чем стена, что с того, что стена невидимая. Разум тоже невидим.

Бесчувственный разум всегда выбирает для движения дорогу потруднее. Чтобы идти по этой дороге, т. е. жить, тот же разум мобилизует себя и начинает изобретать подручные средства. Так рождается техника. Техника – вещь прекрасная, но одной техникой не обойтись. Обожествление техники приводит к еще большей технологизации чувств, разума и воли. Исподволь мы начинаем относиться к своему телу как к машине. Затем – к запросам души и пытаемся обнаружить, где запрятано то, что именуется духом. Мы и его превратили бы в технику, но свободный дух не дается в руки. Он не зависит от тела и не вынуждает его следовать своим указкам. Дух дает нам возможность выбора. Он подает знак, что если мы не додумаемся стать вновь людьми, то он уйдет от нас.

Как понять человеку, что он становится машиной? Возможностей много.

Например, по отношению к вещам. Кто бережет свои вещи, ухаживает за ними, ремонтирует их, тот вдыхает в вещи душу. Он и своему телу желает помочь, желает его «починить». Учение о прощении для него – как инструкция, которую он, возможно, и прочел когда-то, но в ходе эксплуатации исправной вещи про нее забыл. А когда инструмент сломался, он перечитал ее и исправил свои промахи. Поэтому хорошо, когда денег всегда чуть-чуть не хватает. Это учит правильно оценивать жизнь.

Кто не испытывает денежных затруднений либо живет во имя того, чтобы денежных затруднений не было, тому становятся по душе вещи одноразового использования, и он без сожаления выбрасывает вещь, пришедшую в негодность. Он лишь использует вещь, но не любит ее. Он любит только пользование, а не вещь. Таким же образом он относится к своему телу, покуда не поймет, что тело на помойку не выбросишь. Тело можно отправить на починку в больницу, но ремонт может продолжаться бесконечно. Любитель одноразового использования не выдерживает долгого ожидания и начинает качать права, но от этого проку мало. Он может отбросить свою интеллигентность уже только потому, что ощущает отношение к себе как к вещи одноразового использования, которую не выбрасывают только из-за того, что он – живой человек.

Потребность избавиться от кошмара бесчувственности заставляет человека искать деятельность и эмоции – пусть даже чужие эмоции, чтобы радоваться или печалиться вместе с другими. Когда и этот этап проходит, человек по зову души вынужден вновь обратиться к самому себе. Сколь велико было его умение помогать другим, столь же велико оказывается его неумение помочь самому себе.

В другом мы подмечаем видимое, но не понимаем того, что в действительности мы воспринимаем проявление его душевной жизни, которой и помогаем. Кто оказывается в душевном кризисе, тот уже не придает значения своему физиологическому состоянию и не знает, что другие-то все видят.

Потому и бытует поговорка, что деревня знает больше, чем я сам, и потому на деревню сердятся. Но деревня-то всё знает, потому что хоть и глядит на внешнее, но одновременно ощущает внутреннее и оценивает их в единстве. Человек, желающий быть хорошим, оценку эту не приемлет.

Чем бесчувственнее становится человек, тем его физическое тело здоровее. И человек выкладывается на благо людей и общества, относясь к своему телу как к машине. Взваливает на свои плечи непосильное бремя – как в физическом смысле, так и в смысле ответственности. Желая испытать свою выносливость, человек впадает в состояние душевного кризиса, именуемого в медицине депрессией.

В таком состоянии противопоказаны холодные водные процедуры и закаливание в целях успокоения, поскольку холод способствует сдерживанию страхов. Страх от этого возрастает, и незаметно возрастает также притаившаяся в тени страха злоба. Человек, переоценивающий роль разума, тормозит тем самым развитие духа или, попросту говоря, губит дух. Дух хоть и не опустится в своем уровне, но может уйти. Так возникают душевные болезни.

В состоянии депрессии человеку требуется тепло. Теплая одежда, теплые напитки, теплый климат, теплые ванны, горячая баня. Отменная баня хоть на время, но помогает, так как она позволяет выйти злобе наружу. В самой бане или после бани человек может истерически взорваться. Если окружающие и он сам в курсе, то не будет паники и страха, что человек сходит с ума. Умение дать истерику выкричаться и не ощущать себя при этом оскорбленным – очень нужное умение. Оно пригодилось бы нам всем в оказании помощи как себе, так и другим.

Итак, запомните, что закаливание – вещь хорошая, но у него есть и обратная сторона, которую следует учитывать. В противном случае закаливание приведет к тому, что испуганный человек сделается жестоким по отношению к себе, а также к другим. Со смелым такой беды не случается. К сожалению, закаленный человек считает себя смелым и не замечает своего заблуждения прежде, чем случится беда.

Человек с умерщвленными чувствами, желающий творить добро, безболезненно переносит холод и жару. Но когда он сравнивает себя с другими, может создаться впечатление, что на фоне нормальных людей он является жутким монстром. Может возникнуть злоба к своему телу и непреодолимое желание это тело уничтожить. Человек ощущает, что у него не все в порядке с головой.

Сетования такого человека не могут не вызывать всеобщей усмешки – разве не странно, что человек недоволен своим здоровым и закаленным телом. Психолог-то его понимает, но обычная психиатрическая помощь такому человеку не поможет. Понимающее отношение может на время его успокоить, но поскольку поезд следует в том же направлении, то чувство опасности вынуждает искать выход.

Мало кто сразу отыскивает путь к исцелению мыслями. Многие находят для себя религию, однако догмы еще больше усиливают состояние угнетенности. Безысходная паника приводит нынешних догматиков к массовым самоубийствам целых сект – неважно, именуют ли они себя религиозными или нет, они истребляют веру людей в позитивную сторону религии, поскольку оправдывают себя верой и самопожертвованием во имя счастья человечества. Разум всегда находит объяснение. Обратите внимание, сколько эмоций распаляет такая деятельность.

Если эмоций нет, то их надо вызвать к жизни – такова логическая внутренняя потребность. На этом строится и индустрия шока, к которой можно причислить все сферы жизни, вызывающие крайне острые эмоции. Сперва человек наблюдает со стороны, а когда бесчувственность усиливается, становится непосредственным участником действа. Иные отправляются покорять горные вершины, другие смотрят фильмы ужасов, пропадают в игорных домах, участвуют в сексуальных оргиях. Третьи смотрят по телевизору пошлые фильмы про любовь, именуемые «мыльными операми». В них тоже эмоции накручены до предела, когда страстная любовь в мгновение ока превращается в испепеляющую ненависть.

Все больше становится людей, которые уже не выносят чрезмерной эмоциональности, понимая, что это ведет к сумасшествию. В то же время они смешивают уравновешенность со сдержанностью и становятся жертвами глухой бесчувственности.

Как помочь себе выбраться из такой ситуации?

У Вас ясный разум – возьмите его себе в помощники. Знайте, что любое целое откроется Вам с той стороны, с которой Вы к нему приблизитесь. Более простой путь, свойственный примитивному человеку, – от сердца к разуму, т. е. понимание сердцем. Вы же выбрали путь потруднее – от разума к сердцу. Помехой служит нежелание унизиться.

Если только пожелаете, то сможете добиться всего. Если желаете понять, то скажу, что нежелание унизиться возникает от страха перед унижением. Страх перед унижением возникает от страха меня не любят, раз мною постоянно помыкают и с моим мнением не считаются. Страх меня не любят является лидирующим стрессом современной цивилизации, уроком для всех нас, кто когда-либо погрешил против Божественных законов, желая получить все как можно быстрее. Если мы отнесемся к этому факту как к неизбежности, сущность которой раскрывается все полнее в ходе развития любой отрасли знаний, то сможем с помощью разума навести системный порядок в нашем душевном хаосе. Если такое начало положено – если начнете высвобождать стрессы и будете подчеркивать, что делаете это от всего сердца и так, как только умеете, – то наступит момент, когда Вы почувствуете, что сердце оживает.

В словах заложена энергия мыслей, которая концентрируется при повторении одного и того же слова. Вы словно перебираете четки. Если результат не последует, то скажите себе: в такой ситуации я оказался из-за спешки, и если буду спешить и дальше, то загоню себя в тупик. Если Вы ощутили, что произнесли эти слова по собственному принуждению, то осознаете для себя то, что без принуждения Вы пока еще не умеете, но пытаетесь научиться. Когда-нибудь и научитесь. Всякое начало трудно.

Если прежде, вооружившись разумом, Вы усиленно шли к цели, словно штурмуя горную вершину, то теперь, вооружившись тем же разумом, Вы усиленно внедряетесь в эту гору, внедряетесь в душевную глубину. Что труднее – подниматься в гору или в нее внедряться? Разумеется, внедряться. Вы всегда выбирали более трудный путь. Радуйтесь тому, что поняли наконец, какой путь труднее. Ищите и не ждите духовного куша. Освобождение души – это работа над собой, работа до седьмого пота, поэтому прекратите жить для других. Жизнь должна начинаться с самого человека.

Американский писатель Генри Дэйвид Торо сказал: «Разум словно топор: он рубит и прокладывает себе дорогу в суть вещей. Я не желаю делать руками более того, что диктует суровая необходимость. Моя голова это мои руки и ноги. Чутье говорит мне, что моя голова создана для бурения, подобно носу и передним лапам иного животного, и я желаю ею рыть и бурить для себя дорогу в глубь этих холмов. Мне кажется, что самая богатая водоносная жила где-то здесь рядом».

Таким образом, покуда интеллигентный человек играет в великодушие и жертвует собой во благо других, все как будто в порядке. Его чувства успокоены, так как у него есть занятие. В физическом мире всему наступает предел. Работы завершаются, организации распадаются, и умный человек должен быстро найти новую достойную для себя деятельность. Интеллигентный человек страшится нового больше, чем неинтеллигентный, поскольку он должен заботиться о сохранении репутации интеллигентного человека и о том, чтобы подняться выше. Человек, переступивший черту выносливости, должен что-то изменить, но рациональный ум не воспринимает невидимое и потому не умеет читать инструкции души.

Подобная болезнь – превращение в бессердечного человека – грозит людям, которые мученически любят своих родителей. И не просто родителей, а родителей, постоянно воюющих друг с другом, которые не видят, что каждое злое слово – это яд для души, которым унижают себя и других. Если ребенок, страдающий от психического террора в семье, желает стать более интеллигентным, нежели его испуганные родители, то он принимается за учебу. Если родители благожелательно воспринимают учебу, то поначалу все как будто хорошо. Но поскольку это лишь бегство от семьи, а дом как был, так и остается, то ребенок учится для того, чтобы когда-нибудь вырваться из дома и уже никогда не вернуться.

Всякое испытание, что выпадает этому ребенку, лишь его закаляет. Он приучается не плакать, не бояться, не сетовать, не хныкать и ничего не воспринимать близко к сердцу. Учеба зачастую служит поводом вырваться из домашнего ада, который родители воспринимают как нормальную жизнь. Такой ребенок может сбежать из дома физически и преспокойно зажить своей семьей, однако его душа, она же мать, которая продолжает свою жизненную борьбу, и его дух, он же отец, который также включился в эту борьбу, не дают покоя. Его гложет чувство вины из-за того, что не смог улучшить жизнь родителей. Чувство вины не дает ему жить своей жизнью. Выход один – подчинить свои чувства желанию быть интеллигентным человеком.

Психотеррорист – это человек, терзаемый сильными страхами, который ощущает себя в опасности и потому атакует первым. Сколь велик его страх, столь же велика скрывающаяся за страхом злоба. Психически агрессивный человек может в неожиданный момент стать физически активным по отношению к более слабым. Поднять же руку на сильных или смелых он не отваживается. Для них у него припасена брань. Брань – это попытка сделать сильного слабым. Кто пугается, тот делается слабее.

Достойный человек не притягивает к себе агрессивность. Это не означает, что агрессивный человек преображается и в мгновение ока становится уравновешенным. Подобное изменение требует времени. Агрессивный человек, испытывающий страхи, не желает быть плохим. Если он изо дня в день видит перед собой достойного человека, то у него возникает желание стать таким же, и это постепенно происходит. Но для этого интеллигентный человек должен обрести достоинство. В противном случае это ложное достоинство воздействует на испуганного психопата, как красная тряпка на быка.

Кто, страдая от психического террора, пытается сохранить интеллигентность, тому грозит не только бесчувственность, но и рак. Бесчувственный человек не прислушивается к своим чувствам, возвещающим опасность, а воспринимает их как необходимость сдерживать себя еще больше. Человек запрещает себе отвечать террором на террор, желая сохранить свою солидность и интеллигентность. Желание отомстить погребается под камнем вежливости, и однажды под этим камнем обнаруживается рак. Под покровом печали, задавленной до состояния бесчувственного камня, вызрела мстительная жестокость.

Что делать? Кричать и царапаться, как это делает глупый? Признайтесь себе: Вы же кипите изнутри и в мыслях кричите на истерика куда хуже, чем он орет на Вас. Разница лишь в том, что он выкрикивается вовне, тогда как Вы вбираете в себя как свой крик, так и его вопли. Желаете быть мудрым – и подливаете этим масла в огонь. Его душа подсознательно хочет помочь Вам, провоцируя выкричаться, но Вы не принимаете помощи. Более того, считаете его глупым, а себя – умным. Постарайтесь понять, что у его глупости есть умная сторона, а у Вашего ума – глупая.

Не забывайте, что и в Вас тоже живет примитивный человек, которому бывает полезно иной раз себя выразить. Для выражения у Вас имеется лексика интеллигентного человека. А если к слову прибавляется нехорошая мысль, что вынуждает Вас и вправду кричать и царапаться, то после первого раза сделайте вывод. Признайтесь себе в своем сходстве с крикуном и прочувствуйте, сможете ли помочь себе высвобождением стрессов или нет. Если не сможете, то обитающий в Вас примитивный человек подскажет, что нужно вовремя смыться. Ради репутации интеллигентного человека Вы набили себя до отказа стрессами, и не имеет смысла продолжать собой жертвовать. Если Вам неловко уйти от родителей-психопатов, от супруга-психопата и т. п., то освободите чувство стыда и идите. Стыд – это чувство вины за неисполненный Вами долг. В более спокойной обстановке Вы сможете освободиться и от чувства стыда и понять свои ошибки.

Коротко говоря, человек становится бесчувственным, если ему претит чужая глупость и он не желает иметь с ней дело. Неумение освободиться через прощение оборачивается умением защищать себя от ударов судьбы. Человек научается защищаться морально либо духовно при помощи всевозможных энергетических и мыслительных барьеров. Однако тем самым он, не помышляя о дурном, приучается духовно себя порабощать. Сюда же относится и самовнушение.

Духовная сила превыше любой другой силы. Сильным бывает лишь смелый человек. Вместо того, чтобы тратить свою мыслительную энергию на возведение защитного барьера вокруг своего биополя, освобождайте лучше свои страхи и обретайте потихоньку смелость. И если Вы не ощущаете в себе страха меня не любят, то Вы знаете о его существовании. Попросите у него прощения за то, что запрятали его так глубоко, что не ощущаете его. Попросите, чтобы он себя обнаружил. Чем сильнее будет Ваша вера, тем явственнее Вы его почувствуете.

Если Вы привыкли добиваться всего умом и у Вас нет ни веры, ни терпения творить благо для собственной души, то Вам следует быть готовым к душевному кризису. Большинство людей упорно желает все испытать на собственной шкуре. Если Вы не ставили перед собой цели властвовать над другими, то в критический момент тело придет к Вам на помощь – когда Вы почувствуете, что сходите с ума, это и будет сигналом, что тело нуждается в помощи.

Каким же образом можно выбраться из кризиса интеллигентности? В дополнение к вышеизложенному следует знать, что все мы идем дорогой своей судьбы, доставшейся нам от отца. Отец может быть каким угодно, однако на духовном уровне он дает ребенку единственно возможный способ обретения достоинства. Не через развитие ума, а через развитие рассудительности. Чем сильнее негативность отца, тем больший потенциал достоинства у этого пути. Как отнесется ребенок к этому подарку и примет ли вообще – зависит от самого ребенка. Отец может быть необразованным и иметь преступные наклонности. Это означает, что он дал ребенку возможность возвыситься, в противовес постигшему его самого унижению. Как это сделать?

Кто любит отца от души и желает понять его заблуждения, тот не станет повторять отцовских ошибок. Он возвышается сам и возвышает отца. Вся отцовская негативность являет собой житейский урок для отца, усвоить который предстоит также и ребенку. Если ребенок видит в отце лишь плохое, то этот ребенок – бессердечный односторонний оценщик жизни, и жизнь отплачивает ему тем же. Если честь отца запятнана либо он сам замарал свою честь, то долг ребенка – восстановить честь отца в своем сердце. Миру не нужно ничего доказывать. Обретение ребенком достоинства уже само по себе послужит доказательством.

Особенно важно осмыслить для себя отношение матери к отцу и не воспринимать мнение матери как абсолютную истину. Испуганный человек видит все в противоположном свете. Следовательно, то же происходит и с Вашей матерью. Истина – это единое целое, одна сторона которого черная, а другая – белая. Глядеть надо с обеих сторон, однако истина оказывается посередине. Кто видит лишь одну из сторон, тот заблуждается, и следует простить ему это, извлекая одновременно из этого урок для себя. Извлекая осознанно.

Сегодняшний день уже не нуждается в перетирании четок (с мыслями о посторонних вещах) и в бормотании молитв. Этот этап развития цивилизованное человечество миновало. В отличие от стран третьего мира. Однако я веду речь о «белом», т. е. развитом человеке. Если мать причиняет Вам боль, то она этим Вас вразумляет. После ссоры с матерью проанализируйте саму ссору и скажите себе: «То, в чем мать меня обвинила, во мне существует. Его наличие доказывается тем, что это меня задело. Я накопил это в себе во имя собственной интеллигентности, а изжить не изжил. Моя ошибка заключается в том, что я умело все в себе подавлял. На деле же мать видит во мне самое себя, и я вижу в ней себя, но ни один из нас не хочет признавать свою негативность. Проще обвинить в собственном плохом другого. Я буду освобождать свой страх оказаться виноватым».

Я рассказала о том, как ставший бесчувственным человек может себе помочь. Но у такого человека есть семья, близкие и, вероятно, друзья. Нелегко терпеть человека со сложной психикой.

Он не понимает других, поскольку не понимает и самого себя. Своим существованием он необъяснимым образом раздражает других, безжалостно извлекая на всеобщее обозрение негативность каждого. Что делать? Легче всего было бы сбежать, развестись, свести счеты, прекратить отношения, но это не гарантирует ожидаемого счастья.

Прочувствуйте свое отношение к нему и осознайте, что это – мой стресс, который он извлек наружу своим тяжелым характером. Сейчас я этот стресс выпущу на волю. Чем сильнее в Вас желание мирно и терпеливо улучшать, со своей стороны, это существование, тем больше благое желание будет поддержано миром души. Если человек желает чего-то от всего сердца, то когда-нибудь он это получит.

Незначительная цель достигается малым усилием, значительный результат требует большого труда.

!