Об отравлении чувств

Об отравлении чувств

Чувства служат средством познания нашего мира. К ним относятся:

–  обоняние,

–  вкус,

–  слух,

–  зрение,

–  осязание.

Вместе взятые, эти чувства позволяют нам воспринимать мир. Мы не можем утверждать, что восприятие является суммарным выражением пяти чувств – чего-то как будто не хватает. Чего-то, что составляет человеческое восприятие. Что же это?

Представьте себе спящую собаку, к носу которой подносят кусок мяса. У собаки начинает шевелиться нос, так как ее обоняние не дремлет. Собачье обоняние во много раз чувствительнее человеческого, поскольку оно является для собаки одним из факторов выживания. У собаки начинается слюноотделение. Она поскуливает, ее ноги начинают подергиваться. Вкусовые ощущения также не дремлют. Во сне собака охотится за вкусной дичью. Вдруг она просыпается и поднимает голову. Уши навострились, вслушиваясь в важную информацию, хотя глаза еще сонные. Нос тычется в кусок мяса – осязание включилось мгновенно – и мяса как не бывало.

Животные свои чувства не отравляют, ибо душа животного не мучается от таких переживаний, от каких мучается человеческая. Животное живет своей незатейливой жизнью и развивается в соответствии с законами природы. Оно живет сегодняшним днем. Чаяния его души составляют еда, питье, сон и продолжение рода – точь-в-точь как и у человека. Оно живет и действует согласно своим потребностям и не тревожится, что Бог его оставит. Животное составляет с Богом единое целое, человек же так не умеет, поскольку считает себя лучше животного. В этом – заблуждение человека.

Человеку дан разум – наше счастье и одновременно беда – чтобы мы стали мудрее животного. Мы же стали мудрее его лишь по интеллекту и потому мучаемся. Являясь высшими созданиями цивилизации, мы удостоены чести иметь возможность выбора. Мы сами решаем, что выбрать – счастье или несчастье.

Человек имеет право быть человеком, но также и обязанность жить по-человечески. Этому мы пока лишь учимся. Людьми нас делают трудности или препятствия, а трудностей мы не любим.

Жизненная дорога без препятствий бывает только у идиота, и из-за отсутствия препятствий он и является идиотом. Идиотом человек стал потому, что неправильно использовал свой разум и желал обратить препятствия в небытие. Попросту говоря, он хотел хорошей жизни, но выбрал для достижения этого неверные средства. Творя добро для себя, он делал зло другим. Вместо искупления долга кармы он заработал новый долг. Поэтому он обязан искупить свой кармический долг в жизни нынешней и не должен делать другим плохо. В этой жизни он со своей болезнью является наставником для тех, у кого он родился либо кто должен его учить и воспитывать.

Если Вам известны примеры того, как человек без рассудка сделался буйным либо совершил поджог и т. п., то знайте, что он всего лишь наставник, который этим поступком говорит: «Дорогие умные люди! Не провоцируйте меня делать вам же плохо. Поглядите на меня, и во мне вы увидите себя. Исправьте себя, тогда вы не станете такими же, как я. Не будь в вас обжигающей злобы, я не совершил бы поджога, так как моя неразумная голова сама ничего придумать не может. Я перенимаю чужие мысли. Вы же тоже не думаете своей головой, а постоянно повторяете чужие слова».

Кто в этой жизни теряет рассудок вследствие болезней либо травмы, тому достается урок собственной глупости. Его ум замыслил очень плохую вещь, и ей нельзя дать возможность реализоваться. Этому препятствует болезнь. Отныне она будет предостережением и наставником для других.

Возможно, Вы задумывались над тем, почему в результате одной и той же болезни люди становятся инвалидами, но каждый по-своему. Например, в результате осложнения, возникшего при воспалении головного мозга, один человек полностью теряет рассудок, а другой сохраняет здравый ум, зато тело разбивает паралич. Почему? Потому что у второго мысли представляли меньшую опасность. Тело оставило ему разум, так как видело, что человек в этой жизни еще способен исправить умонастроение. Мания величия этого человека была не столь опасна.

Итак: негативность каждого человека является наставником для тех, кто с ним общается.

Если больной – член Вашей семьи, научитесь видеть в нем самого себя. Если больной – член коллектива, научитесь видеть в нем себя. Если больной встречается Вам на улице или все равно где, научитесь видеть в нем себя. Если Вы пугаетесь прочитанного либо слышите что-либо плохое, то во всем этом научитесь видеть себя.

Все, что поступает в Ваше информационное поле, приходит Вас вразумлять. Но не страшить. Оно приходит сказать: «Дорогой человек! Ты видишь во мне сейчас то плохое, что есть в тебе самом точно в таких же масштабах, что и во мне. Ты притягиваешь к себе мое плохое, и я прихожу, чтобы ты увидел во мне зеркальное отражение себя и помог себе сам».

По мере высвобождения стрессов у человека меняется отношение к жизни и к людям.

Невозможно описать словами тот ворох стрессов, что я высвободила. Их было огромное количество. Но я могу сказать, что мое отношение ко всему кардинально изменилось и продолжает меняться, поскольку такое мышление стало для меня стилем жизни. Это меня не отягощает и не отнимает много времени. Наоборот, моя жизнь стала легче, и появилось свободное время. Мой мир стал богатым и становится все богаче. В деньгах, естественно, этого не измерить. Раньше я радовалась тому, что помогаю людям укрепить дух, а теперь все чаще ощущаю себя счастливой и не испытываю потребности постоянно играть роль благодетеля. Желание отыскать хорошее в плохом подвигло меня на духовные поиски. Я не могла смириться с тем, что сердце и разум говорят на разных языках. Ведь мир – един, как же возможно, что один человек говорит: это хорошо, а другой о том же самом: это плохо. Сорок лет ушло на размышления. Ни одну из сторон не хотела назвать ни плохой, ни хорошей, но иначе как глупцами такие спорщики мне не представлялись. Я устала ненавидеть.

Ведь я знаю, что чем сильнее страх меня не любят, тем чернее видится человеку мир. Тем сильнее душевная боль и тем больше хочется эту боль унять. Есть два выхода:

– подняться или возвыситься,

– упасть или унизиться.

Все большее число людей выбирает для снятия душевной боли не путь возвышения, а путь унижения, не понимая, что это – бегство от того плохого, что все равно нас настигнет.

1. Если человек испытывает страх меня не любят и все его попытки выслужить любовь терпят неудачу, то его беспомощность оборачивается печалью.

Желание быть хорошим вынуждает сдерживать печаль и заглушать жестокость. Если не думать, то и проблем нет. Печальные мысли лучше всего топить в алкоголе.

Печаль порождает алкоголизм.

Алкоголики – это люди, не желающие быть агрессивными и жестокими. Они хотят быть радостными и доставлять радость другим. Они ищут самый легкий путь бегства от житейских проблем.

Если поначалу человек выпивает для того, чтобы поднять настроение, дать волю сдерживаемой радости, прогнать прочь печаль, то со временем желание основательно выпить возникает все чаще. Далее снятие напряжения становится делом естественным, будничным. Затормозить такое падение очень трудно. Подобно тому как трудно подняться на ледяную горку, съехав с нее наполовину, так и алкоголик норовит пасть на самое дно пропасти. И тот, кто, оказавшись на дне пропасти, способен еще работать головой, сможет выбраться, опираясь лишь на собственные силы.

Трезвый человек не станет возражать против того, что алкоголизм – это плохо и что снимать алкоголем напряжение вредно. И в то же время большинство людей употребляет алкоголь и не считает это чем-то ненормальным. Наоборот. Праздничное застолье без алкоголя – что за чушь! А если кто осмеливается нарушить традицию, то рискует остаться в изоляции.

Алкоголь превозносят. Утонченные манеры красивых людей, требующие в том числе держать наготове бокал со спиртным и получать наслаждение от алкогольного дурмана, стали вожделенным эталоном жизни. На фоне такого возвеличивания антиалкогольная пропаганда выглядит смехотворной и убогой.

Подобные нападки на алкоголизм в действительности являются большой ошибкой. Это равносильно любому другому виду унижения, при котором результат оказывается обратным ожидаемому. Предвижу иронию: что же, прикажете расхваливать алкоголь? Нужно осознать, что дело не в алкоголе, а в пьющем. Когда рука потянется к бокалу, спросите себя: «Почему я так делаю? Почему он так делает?» Прочувствуйте, и Вы поймете, что это – печаль, которая ищет утешения.

Алкоголь действительно помогает, и при очень большой душевной травме он выступает как целебное лекарство. Пословица гласит: если не от смерти, то уж от всего другого водка поможет. Пьяница повторяет это в самооправдание каждый день. Но есть и другая пословица: пей, да дело разумей. С «разумением» же положение выглядит скверно.

Что такое алкоголь? Алкоголь – тот же любящий. Будучи природным продуктом, алкоголь являет собой духовность, т. е. уравновешивающее начало. Он дает человеку то, в чем тот нуждается. Печальный делается радостным, глупый – умным, молчаливый – велеречивым, трусливый – смелым, некрасивый – красивым, старый – молодым, медлительный – быстрым. Кто нуждается в безумии, получает и это. Определяет не алкоголь, а пьющий. Коротко говоря, алкоголь на время решает скопившиеся на душе проблемы, снимая с пьющего напряжение и тем самым давая возможность идти дальше по-умному.

Алкоголь обнажает истинный лик человека. Иной человек в подпитии настолько приятен, что хотелось бы всегда видеть его таким, поскольку трезвый он невыносим. Такой человек в трезвом состоянии подавляет свой страх в моей любви не нуждаются и злится, если перед ним не преклоняются и не превозносят его. У него столь огромная жалость к себе, что не вмещается внутри, и это приводит его в ярость. Он не хочет, чтобы кто-либо заметил его слабости. Он предпочитает демонстрировать силу, которая отгоняет от него жалельщиков. Глубоко в душе таится желание сыграть в великодушие, чтобы избавиться от груза собственной любви.

Иной же – человек весьма приятный, когда трезвый, – после нескольких рюмок начинает петушиться: «Ах, я тебе не нравлюсь? Мое лицо тебе неприятно?» И т. д. Будучи трезвым, он подавляет в себе страх меня не любят и выслуживает любовь. Разгневанная жалость к себе, порожденная крушением надежд, при помощи алкоголя освобождается из плена, и мышь превращается во льва. А протрезвев, человек сожалеет о том, что натворил с пьяных глаз.

Алкоголь не скажет впоследствии, мол, я тебя не люблю, он не бранится грязными словами, не унижает, не злорадствует, не высмеивает, не напоминает о промашке на протяжении всей последующей жизни. Он не обвиняет пьющего в несуществующих грехах. Он дает пьющему свободу выбора – пить или не пить. Из его бессловесной речи каждый пьющий делает свои выводы. Говорят, что алкоголь делает человека зависимым от себя. Это представление неверное. Только пьющий человек может сделать кого-то зависимым от себя.

Научитесь относиться правильно к пьяному человеку – и пьяницы перестанут причинять Вам беспокойство. Но если Вы хотя бы подумали о нем плохо, а тем более нелестно отозвались, то его скрытая сторона причинит Вам немало неприятностей. И даже если его потом объявят виновным по закону, то урок Вам он все же преподаст. Алкоголизм отступает, если его лечить добротой или любовью. Число пьющих возрастает пропорционально числу красивых бутылок на заставленных витринах. Кто-то ведь должен все это выпить. Поскольку алкоголь унимает боль, к нему обращаются все чаще и чаще, покуда без него уже не смогут жить. Алкоголь становится лучше самой жизни.

Люди обвиняют алкоголь.

Люди производят алкоголь.

Люди делают все для того, чтобы алкогольный бизнес процветал.

Алкоголь является монополией любого государства.

Дело отнюдь не в алкоголе, дело в потребителе. Если снять с продажи весь алкоголь, то от этого алкоголизм не исчезнет. Необходимо устранить причину алкоголизма – печаль, тогда исчезнет и алкоголизм.

Если бы люди научились избавляться от страха меня не любят и научили бы этому своих детей, то проблема алкоголя разрешилась бы уже завтра. Но поскольку человечество не испытывает потребности, а значит, и желания вернуться на вершину ледяной горки, то подобного всеобщего чуда произойти не может. Пусть каждый сам решает за себя.

Немного алкоголя – хорошо, много и постоянно – плохо.

Алкоголизм губит тело.

Поскольку тело – зеркало души, значит, разрушению тела предшествует разрушение души. Душевная гибель, в свою очередь, тормозит духовное развитие.

2. Если человек от страха меня не любят ощущает, что все плохо и что все причиняют зло лично ему, он становится агрессивным. Если его желание быть хорошим человеком – оно же страх, что меня не станут любить, коли я не буду хорошим – заставляет подавлять агрессивность, то от подобного внутреннего единоборства страхов у человека развивается невроз. Больной начинает поглощать лекарства, не понимая, что от алкоголика его отличает только более пристойный внешний вид. Да и то лишь вначале. Незаметно агрессивность превращается в жестокость, однако невротик не признается в этом. Невротик делает плохо другим, алкоголик – себе. Невротик не выносит алкоголя, алкоголик – лекарств.

Когда схлестываются между собой алкоголик и невротик, алкоголик всегда пасует перед визгливым криком невротика. Алкоголик покоряется жизни и приносит себя в жертву, неврастеник не покоряется никогда. Алкоголик начинает сопротивляться, когда его унижают, невротик борется беспрестанно. Они как бы воплощают два полюса единого целого, и потому немало таких супружеских пар, где один из супругов – алкоголик, а другой – неврастеник.

Невроз принято объяснять алкоголизмом супруга. Это служит самооправданием для невротика. На деле же они оба провоцируют друг друга. Алкоголик делает явным скрытый невроз супруга, невротик провоцирует на пьянство потенциального алкоголика. Оба стоят друг друга. Разница лишь в том, что если обвинить мужа-пьяницу в болезни жены, он пойдет и напьется от душевной боли. А если сказать жене, что она виновата в пьянстве мужа, то она обозлится как на говорящего, так и на мужа. Невротик не признает собственных ошибок. Для него все плохие, кроме него самого. Заболеть неврозом весьма просто. Люди с непоколебимо жестким, рациональным складом ума, которые реализуют свою волю с железной последовательностью, рано или поздно попадают в состояние кризиса, и их громогласный крик на членов семьи или подчиненных знаменует начало невроза. Сила, заключенная в темнице, вырывается наружу, в противном случае она сокрушила бы собственную темницу.

Немного лекарств в начале тяжелой болезни – хорошо, много и постоянно – плохо.

Применение химических препаратов разрушает душу.

Кто для успокоения душевных мук использует химию, тот губит и тело. Уроки остаются невыученными, и дух чахнет.

3. Если страх меня не любят перерастает в разочарованность всеми и вся и в осознание, что я никому не нужен, что моя любовь никому не нужна, то человек тянется к наркотикам.

Внешнее зло – это явное плохое, и потому его можно назвать честным плохим. Страдающий от него не станет умерщвлять свою душу. Напротив, он начинает бороться и делается преступником. А скрытое плохое, т. е. то, что мы называем хорошим, настолько отвращает своей фальшью, что пострадавший теряет надежду и веру в хорошее.

Если человеческое дитя постоянно принуждать во имя хорошего, предъявлять к нему чрезмерно завышенные требования, если к его действиям относиться критически и постоянно подчеркивать, что оно должно стать лучше других, то оно начнет считать это нормальным и будет относиться к себе и другим таким же образом. Без избавления от страхов желаемого не достичь, и человек страдает. Стремление подавить эмоции вызывает у страдающего предчувствие духовной смерти, что пострашнее смерти тела. Кто этого не испытал, тот вряд ли поймет. Панический страх перед смертью приводит человека к наркотикам.

Для пояснения сказанного приведу один сравнительный пример. Ребенок из асоциальной семьи страдает от духовного и физического террора. Крики, скандалы, рукоприкладство и т. п. составляют набор повседневных детских «радостей». Он глядит на своего одноклассника, у которого хороший дом и заботливые родители, и надеется, что вдруг и его родители когда-нибудь станут такими же. А если не станут, то он вырастет сам, будет зарабатывать много денег и станет счастливым. У этого ребенка в душе живет надежда и чувство святости. Крушение иллюзий превращает его в алкоголика.

В состоянии опьянения человек говорит о своих прекрасных мечтах. Желание возвыситься хоть так да простирает свои крылья. Чувство святости позволяет излечиться от алкоголизма.

А тот одноклассник из прекрасной семьи неожиданно становится наркоманом. Почему? Ведь у него было все: деньги, красивая одежда, интеллигентный дом. Он занимался интересным хобби, был лидером в коллективе, его ценили. Никто не догадывался, что завидное жизнелюбие являлось маской, за которой скрывалась душевная трагедия. С самого детства он не видел иной жизни, кроме жизни во имя материального благополучия, доброго имени, имиджа уважаемого члена общества, репутации добропорядочной семьи. Жизнь во имя чего-то есть оправдание, которым истребляется индивидуальность ребенка. Родители и взрослые определяют все. И, как водится, во имя хорошего. Ребенок должен поступать и даже думать так, как поступают и думают люди постарше. Он не знает, что такое свобода выбора.

В какой-то момент этот ребенок прозревает. Добро, за которое судорожно цепляются взрослые, оборачивается для него ложью. Святыня рухнула. Он хочет избавиться от кошмара, который мешает ему жить по-человечески. Он желает спастись бегством в забвение.

Единственное, что позволяет этому человеку вновь ощутить себя человеком, – наркотик. У человека в наркотическом дурмане размывается разум и, естественно, страх меня не любят, подчиняющий себе все другие стрессы. Сердце уже не сжимается от страха, что моя любовь никому не нужна. Теперь ему все равно, нравится ли он другим или нет, придерживается ли он традиционных сковывающих норм общежития или нет, любят ли его или нет.

Под воздействием наркотиков из плена страха одновременно вырываются как негативные, так и позитивные эмоции, благодаря чему и достигается то блаженное ощущение освобождения, которое вызывает желание принимать наркотики снова и снова. Наркоманам в точности известно различие между ощущением душевного плена и свободы. Никакие физические муки, вызываемые несвободой, несравнимы с душевными муками наркомана, который хоть раз изведал душевную свободу. Наркомана может понять лишь наркоман. Никакие страдания физического тела не идут в сравнение с душевными страданиями человека, мучающегося от отсутствия наркотиков. Поэтому наркоман передает другому свой шприц, даже если самому потом придется умереть от СПИДа.

Человек, который попадает в душевный тупик, настрадавшись от ложной благости как единственной цели жизни, может оказаться в наркотической зависимости после первого же употребления наркотика. Наркомания – это бегство в такую реальность, где существует как хорошее, так и плохое. Наркомания страшнее алкоголизма и любой другой лекарственной зависимости лишь тем, что у наркомана число стрессов больше. Но хуже всего то, что для наркомана перестает существовать завтрашний день, и он не сознает, что он истребляет изначальную сущность жизни – движение в будущее.

Общество пока не понимает, хотя и чувствует, особую опасность наркомании, и потому с ней ведется ожесточенная борьба. К сожалению, борьба с проблемой лишь усугубляет саму проблему, и разрушительное влияние наркомании возрастает. Наказывать детей бесполезно, раз их родители не меняют своего потребительского менталитета. Покуда есть потребители, есть и производители. Людей нужно учить освобождаться от своих проблем, тогда устранится и первопричина наркомании.

Где исчезает свет любви, там наступает мрак наркомании.

Небольшая доза наркотика раскрепощает дух. Истории известны примеры того, как творческие личности создавали шедевры в состоянии наркотического дурмана, однако в итоге, стремясь к максимальному самовыражению, становились жертвами наркотиков. Чрезмерная требовательность вынуждает раз от раза увеличивать дозу вещества, отравляющего чувства.

Употребление наркотиков разрушает духовность.

Гибели духовности всегда предшествует гибель души и страдания тела. Наркоман нуждается в телесных страданиях, поскольку при этом притупляется душевная боль.

За. Одним из видов наркомании является работомания.

Если человек считает, что все приобретается за деньги или, по крайней мере, можно приобрести за деньги, а деньги платят за работу, то он с головой уходит в работу и ничего кроме работы не видит. Как известно, одна лишь работа никого еще счастливым не сделала, однако все большее число людей пытается за работой скрыть свое неумение разрешить проблему любви. Сердечные терзания таких людей действуют, как кнут на загнанную лошадь.

Молодость – прекрасная пора, когда человеку полагается танцевать, петь, веселиться, влюбляться, познавать любовные ласки, узнавать противоположный пол, создавать семью. Всему положен свой срок, и кто считает, что всего этого не надо, тот ошибается. В своей непритязательности молодежь могла бы быть счастлива от воздуха и любви и лишь затем от работы. К сожалению, для современной молодежи скудное содержимое кошелька воспринимается как трагедия, и потому работа ставится на первый план. Молодой старик долго такого не выдерживает.

Такой человек недоволен собой и им тоже недовольны. Надежда стать счастливым, а значит любимым, приводит к твердому убеждению, что если на работе все пойдет хорошо, то и все остальное будет хорошо. Иначе говоря, если будет много денег, то у меня все будет хорошо.

Человека вынуждает работать чувство долга, которое перерастает в чувство ответственности. В тени страхов в каждом из нас живет смелый человек. Чувство долга есть не что иное, как потребность смелого человека трудиться, т. е. учиться. Чем сильнее страх меня не станут любить, если я не буду хорошо работать, тем больше чувство долга превращается в чувство ответственности и в страх оказаться виноватым. Нарастание чувства вины подгоняет человека работать во имя того, чтобы его любили. Человек оказывается в замкнутом круге. Напряжение все возрастает. Чувство вины – словно камень в груди, который все больше мешает нормально работать.

Чтобы этого плохого, тяжелого камня не ощущать, нужно усилить хорошее чувство ответственности. Таким фактором относительного повышения чувства ответственности является зажженная сигарета. Делая затяжки, курильщик успокаивается, поскольку ощущает, что работоспособность повысилась. На самом деле это – лишь кажущийся эффект, который повышает надежду на то, что как-нибудь все наладится.

Дела налаживаются не от повышения работоспособности, а от удлинения рабочего дня, но для радующегося трудоголика это неважно. В отличие от его семьи, которая хочет жить нормальной семейной жизнью.

Напряжение, как известно, имеет свойство расти. Чем больше напряжение от работы, тем больше расходуется сигарет. Когда напряжение падает, уменьшается и курение.

У курильщика заболевают в основном три органа: сердце, легкие и желудок.

Что это значит?

Сердце – вместилище чувства вины. У человека, винящего себя, заболевает сердце. Характер болезни зависит от того, в чем человек себя винит. Трудоголик всегда находит в себе недостатки.

Легкие заболевают от отсутствия свободы. Принуждение истребляет свободу и легкие. Принуждение делает человека рабом, рабом самого себя, рабом других и рабом работы. Чем сильнее у взрослого человека ненависть к принуждению, тем больше он не замечает того, что больше всех принуждает себя он сам.

Желудок выражает то, как человек приступает к работе либо принуждает себя к работе. Если человек – трудяга, но не курит, то он не ощущает, чтобы кто-то принуждал его к работе. Он чувствует, что должен делать это сам, и в этом случае особенно болезненные удары кнутом приходятся на желудок.

Сердце, легкие и желудок являются органами, которые расплачиваются за то, что человек работой выслуживает любовь. Они говорят человеку: «Остановись и оглянись вокруг. Погляди, как прекрасен мир с его наслаждениями, на которые у тебя не остается времени. Возможно, тогда ты поймешь, что работой ты спасаешься от любви. Работа, конечно, важна, но не в ней дело. Дело в том, что твой страх перед любовью на самом деле является страхом перед любовью собственнической, которая условием любви ставит зажиточность. Освободись от этого страха, тогда научишься любить, тогда и работа будет спориться. А если все же посвятишь любовь работе, то и это неплохо. По крайней мере, твоя любовь сможет устремиться в работу, и ты не станешь относиться к работе со злостью. Тогда ты никогда не сделаешься рабом работы».

Существует категория людей, именуемых творческими людьми. Если обычный рабочий спасается бегством в работе, то находит в ней на время душевный покой. Но когда бегством в работе спасаются творческие люди, то они отождествляют себя с работой, хотя сами этого не сознают. Слияние с Создателем благословенно, и рожденное от этого творчество обладает непреходящей ценностью. Эмоциональные от страхов люди творчества знают, что означает: пришло вдохновение. Они живут лишь в то время, когда творят. А уже в следующее мгновение на них наваливаются заботы, и ничто не доставляет радости. Так, художник может работать кистью днями и ночами без еды и сна, музыкант – играть или сочинять музыку, тогда как мир, находящийся за пределами творчества, сводит с ума.

Особенно же тех, кто предъявляет требования и выдвигает условия. Горение на работе, свойственное творческим личностям, – своего рода наркомания, которая притягивает и настоящие наркотики, под чьим воздействием принуждающие отдаляются и уходят в небытие.

Человек состоит из духовного и физического тела. Чрезмерная работа является максимальной эксплуатацией физического тела, подчинение всего потенциала мозга и всех интересов работе. При этом развитию духа отводится роль сироты, даже если человек является поистине одухотворенной, творческой личностью.

Трудонаркомания разрушает духовность.

. Существуют разные виды состояния зависимости, или наркомании. Любой человек неповторимо индивидуален как по своей сути, так и по своим действиям. Он приходит с целью изменить к лучшему свою жизнь, двигать жизнь вперед собственным умом. Если он позволяет делать это другим, то навлекает на себя страдания.

Всякий человек, позволяющий другим руководить собой, в какой-то момент осознает, что он перестал быть самим собой. Потеря себя – это очень большая потеря. Немало таких, кто хотел бы стать самим собой, однако боятся, что не сумеют, и отсюда начинаются терзания. Иные также догадываются о своем состоянии зависимости, но поскольку им нравится зависеть от неординарной личности, ибо сияние его славы перепадает и его прислужникам, то они не спешат освободиться от зависимости.

На обыденном уровне это проявляется в ситуации, когда человек устанавливает связи и проникает через закрытые двери лишь благодаря подчеркиванию того, что он – ученик профессора X. Либо внук доктора Y. Надевание на себя чужих перьев – прием весьма стандартный. Но летать он не позволяет.

Современный духовный уровень характеризуется таким захватывающим, но и опасным явлением, как экстрасенсорная наркомания. Постоянное повышение уровня восприимчивости и открытие духовных информационных каналов соответствует потребности нынешнего уровня развития. Вот только перебарщивать с этим нельзя. Кто расценивает свои экстрасенсорные способности как ниспосланный свыше дар для утверждения собственного превосходства над другими, тот воспринимает полученную им информацию как верх мудрости и не замечает, как с треском проваливается на экзамене на человечность. Ведь жизнь постоянно меняется и совершенствуется.

Все, что достигается большой и осмысленной работой, – результативно, ибо так устроено развитие жизни. Получателю подарка следовало бы понять, почему он его получил. В противном случае он начнет эксплуатировать дар для возвеличивания своего «я» и не видит, что в его житейских уроках возник пробел. В этот пробел можно свалиться, как в пропасть. Ничто не должно остаться невыученным. Иначе возникают трудноизлечимые душевные болезни, пропадает воля к жизни. Разочарованность в духовности губит дух.

Подведем итоги.

•  Мною неоднократно подчеркивалась необходимость всего того, что есть в мире. Жизнь дает человеку возможность выбора. Смелый человек получает алкоголь из обычной пищи. В теле любого человека имеется достаточное количество алкоголя, и добавление его в концентрированном виде не является необходимым для нормальной жизни. Если же мы это делаем, то губим тело.

• Химические процессы не есть достижение человеческого разума, человек лишь открыл их и будет открывать дальше по мере повышения уровня своей мудрости. Химические реакции происходят постоянно также и в нашем теле. Потребление готовых химических препаратов лишает тело возможности сделать себе во благо именно то, в чем оно в данный момент нуждается. Душа упускает шанс сделать телу добро. Таким образом, использование химических препаратов разрушает душу. Разрушению души сопутствует разрушение тела.

• Дух человека развивается через уроки души. Божественное Всеединство знает, какой объем его собственной мудрости можно передать испуганному человеку, не превышая границ разумного. Подобно тому, как пища должна пройти через пищеварительный тракт и перевариться до конца, чтобы телу было хорошо, так и духовная пища должна поступать небольшими порциями и усваиваться при помощи разума.

Правильный доступ к разуму для правильных выводов осуществляется через душу. Так рождается рассудительность. Наркотики вызывают половодье духовной мудрости, из-за чего духовное развитие останавливается, покуда это половодье не будет «переварено». Но поскольку наркоман уроков не извлекает, а топит свою боль, то ощущение духовного застоя является величайшей мукой, и эта мука постоянно усиливается. Это уже не обычный страх смерти, а страх духовной смерти. Наркоманы это чувствуют, но не умеют ничего иного, как разрушать дух, душу и тело, не понимая, что они навлекают на себя долг кармы.

!