Глава 3. Природа тьмы и света

Никогда не боритесь с тем, чего нет. Вашему уму всегда хочется сражаться, но это опасный соблазн, вы растратите энергию и жизнь и растворите себя. Не позволяйте уму соблазнять вас. Просто различайте, существует ли что-нибудь в действительности или оно просто отсутствует. Если это отсутствие, тогда не боритесь с ним, ищите то, отсутствием чего оно является - тогда вы будете на правильном пути.

В-третьих, тьма глубоко переплетается с вашим существованием миллионом различных способов. Когда вы сердитесь, это значит, что внутри вас исчез свет. В действительности вы сердитесь, потому что свет исчез, и вступила тьма.

Вы можете сердиться, когда вы не осознаете. Вы не можете сердиться, осознавая. Попробуйте: либо вы перестанете осознавать, и появится гнев, либо вы будете продолжать осознавать, и гнев не появится — нельзя сердиться осознанно. Что это значит? Это значит, что природа сознания подобна свету, а природа гнева подобна тьме, нельзя одновременно иметь и то и другое. Если есть свет, нет тьмы; если вы осознаете, вы не можете сердиться.

Ко мне постоянно приходят и спрашивают: «Как не сердиться?»

Они задают неверный вопрос, а когда задают неверный вопрос, очень трудно дать правильный ответ. Сначала задайте правильный вопрос. Не спрашивайте, как рассеять тьму, не спрашивайте - как рассеять заботы, страдания, тревоги; просто проанализируйте свой ум и увидьте в первую очередь, почему они существуют. Они существуют, потому что вы недостаточно сознательны, поэтому задайте правильный вопрос: как стать более и более сознательным? Если вы спрашиваете, как не сердиться, вы станете жертвой какого-нибудь моралиста. Но, если вы спросите, как стать более сознательным, чтобы перестали существовать гнев, зависть, похоть, тогда вы будете на правильном пути, тогда вы станете настоящим религиозным искателем.

Мораль это фальшивая монета, она обманывает людей. Это совсем не религия. Религия ничего общего не имеет с моралью, потому что религия не имеет ничего общего с тьмой.

Это позитивная попытка пробудить вас. И ей нет дела до вашего характера: то, что вы делаете — бессмысленно, и вы не можете изменить этого. Вы можете украсить это, но вы не можете изменить этого. Вы можете красиво раскрасить это, вы можете подрисовать это, но вы не можете изменить это.

Возможна только одна трансформация, только одна революция, и эта революция происходит не из-за того, что вы занимаетесь своим характером, своими поступками, своими деяниями, а из-за того, что вы занимаетесь своим существом. Существо — это позитивное явление; когда ваше существо насторожено, пробуждено, сознательно, тогда вдруг исчезает тьма, — ваше существо от природы света.

И, в-четвертых... — после этого мы можем разбирать сутру. Сон подобен тьме. Не случайно, что вам трудно заснуть при свете, это вполне естественно, тьма сродни сну; вот почему так легко спать ночью. Тьма вокруг создает среду, в которой вам легко заснуть.

Что случается во сне? Сознание постепенно исчезает. Возникает промежуточный период, когда вы видите сны; сновидение означает полусознательное, полубессознательное состояние; вы как раз посередине, и пребываете полностью в бессознательном состоянии.

От полностью бодрствующего состояния вы идете к полностью бессознательному состоянию. На пути существуют сновидения. Сновидения значат, что вы полубодрствуете, полуспите. Вот почему, если вы видите сны всю ночь, утром вы чувствуете себя усталым. И, если вам не дадут видеть сны, тогда вы тоже будете усталым — потому что сновидения существуют для определенной цели.

Когда вы бодрствуете, вы многое накапливаете: мысли, чувства, незаконченные дела остаются в уме. Вы смотрите на прекрасную женщину на улице, и внезапно у вас возникает желание, но вы человек с характером, с хорошими манерами, воспитанный, поэтому просто отбросите это желание, не будете обращать на него внимания, займетесь своим делом — неудовлетворенное желание будет преследовать вас. Оно должно быть удовлетворено, иначе вы не сможете глубоко уснуть. Оно будет тянуть вас назад и говорить: «Послушай, вставай, эта женщина была действительно прекрасна, она источала очарование, а ты дурак, что ты здесь делаешь, ищи ее, ты упустил возможность!».

Мысли, витающие вокруг вас, не позволяют вам уснуть. Ум создает сновидение: вы опять на дороге, проходит прекрасная женщина, но на этот раз вы одни, вас не окружает цивилизация. Не требуется ни манер, ни этикета; вы как животное, вы естественны, никакой морали. Это ваш собственный, личный мир, в него не может вторгнуться полицейский, никакой судья не может судить его. Вы просто одни и не будет свидетелей. Теперь вы можете дать волю своему желанию: у вас будет сексуальное сновидение, это сновидение реализует преследующее вас желание, и вы уснете. Но, если вы будете бесконечно видеть сны, тогда вы тоже почувствуете усталость.

В США есть много лабораторий для изучения сна, и они открыли такое явление: если человеку не дать видеть сны, то он сойдет с ума в три недели. Можно будить человека вновь и вновь, когда он начинает видеть сны, потому что есть видимые признаки того, что он видит сны: его веки начинают дрожать, это означает, что он видит сон. Когда он не видит сна, его веки неподвижны, потому что, когда он начинает видеть сон, его глаза работают. Разбудите его и делайте это всю ночь: как только он начинает видеть сны, будите его. В течение трех недель он сойдет с ума.

Кажется, сон не столь уж необходим. Если вы будете будить человека, когда он не видит сны, он будет чувствовать себя усталым, но с ума не сойдет. Что это означает? Это значит, что сновидение необходимо вам. Вы настолько иллюзорны, настолько все ваше существование является иллюзией — то, что индусы называют майей, — что необходимо сновидение. Без сновидений вы не можете существовать. Сны ваша пища, они — ваша сила, без снов вы станете сумасшедшим. Сны это высвобождение безумия. И когда происходит высвобождение, вы засыпаете. Из бодрствующего состояния вы переходите к сновидениям, а от сновидений вы переходите ко сну. Еженощно нормальный человек проходит восемь циклов сновидения, а между каждыми двумя циклами сновидений случаются несколько моментов глубокого сна, полностью исчезает сознание, наступает полная темнота. Но все же вы находитесь вблизи границы, любое происшествие разбудит вас. Если дом загорится, вам придется спешно вернуться в свое бодрствующее состояние; или, если вы мать, и ваш ребенок начнет плакать, вы спешно пробудитесь — вы остаетесь на границе. Вы погружаетесь в глубокую тьму, но вы остаетесь на границе. Когда наступает смерть, вы падаете в самый центр. Смерть и сон похожи, качество одно и то же. Во сне каждый день вы проваливаетесь в полнейшую темноту; это значит, что вы полностью перестаете сознавать, что является полной противоположностью состояния Будды. Будда — полностью пробужден, а вы каждую ночь попадаете в непробужденное состояние, полную темноту.

В Гите Кришна говорит Арджуне, что когда все глубоко спят, йог продолжает бодрствовать. Это не значит, что йог никогда не спит: он спит, но только его тело спит, его тело отдыхает. У него нет снов, потому что у него нет желаний, поэтому он не может иметь неосуществленных желаний. И его сон не похож на ваш — даже при глубоком отдыхе его сознание ясно, его сознание, горит как пламя.

Каждую ночь, засыпая, вы погружаетесь в глубокое бессознательное состояние — кому. Умирая же, вы погружаетесь в более глубокую кому. И то, и другое подобно тьме, вот почему вы боитесь темноты, потому что она похожа на смерть. Есть люди, которые даже боятся спать, потому что и сон подобен смерти.

Я встречал многих людей, которые не могут спать, хотя они и желают спать. Когда я пытался понять их, я увидел, что причиной является страх. Они говорят, что устали и хотят уснуть, но в глубине души боятся спать, и это является причиной всех затруднений. Девяносто процентов бессонницы — из-за страха уснуть, вы боитесь. Если вы боитесь темноты, вы будете также бояться и уснуть, этот страх приходит от страха смерти.

Как только вы поймете, что все они — тьма, и что ваша внутренняя природа — свет, все начинает меняться: для вас не будет сна, лишь отдых; тогда для вас нет смерти, лишь смена одежд, тел, только смена покровов. Но это может случиться, если вы осознаете внутренний свет, свою природу, свое сокровенное существо.

А теперь перейдем к сутре:

Тьма веков не может скрыть сверкающего солнца;

Долгие кальпы сансары никогда не спрячут яркого света ума.

Те, кто пробудились, осознали это... тьма веков не сможет скрыть сияния солнца.

Пусть вы проблуждали во тьме миллионы жизней, но это не может уничтожить ваш внутренний свет, потому что тьма не может быть агрессивна, ее нет; а то, чего нет, как может быть агрессивно? Тьма не может уничтожить свет — как может тьма уничтожить свет?

Пусть даже мал огонь, тьма не может уничтожить его, тьма не может наброситься на него, тьма не может враждовать с ним — как может тьма уничтожить пламя?

Как может тьма скрыть пламя? Это невозможно, это никогда не происходило, потому что этого не может быть.

Но люди продолжают думать, что существует противопоставление; они думают, что тьма противостоит свету. Это абсурдно! Тьма не может противостоять свету. Каким образом отсутствие чего-то может противостоять тому, отсутствием чего оно является? Тьма не может противостоять свету: между ними нет борьбы; это просто отсутствие, чистейшее отсутствие, чистейшее бессилие, и как тьма может нападать?

Вы говорите: «Что я мог поделать, у меня был приступ гнева!» — это невозможно; — «У меня был приступ жадности», — это тоже невозможно. Жадность не может нападать, гнев не может нападать, они оба от природы тьмы, а ваше существо — это свет, таким образом, не существует самой возможности. Приходит гнев, но это указывает на то, что вы забыли о своем внутреннем свете, вы абсолютно забыли о нем, вы не помните, что он здесь. Это забвение может скрыть его, но не тьма. Настоящей тьмой является ваша забывчивость, и благодаря вашей забывчивости приходит гнев, жадность, ненависть, похоть, зависть. Но они сами по себе не нападают: помните, это вы пригласили их, а они приняли приглашение. Вы пригласили их — они не могут нападать, они приходят, как приглашенные гости. Вы, возможно, забыли, что пригласили их, вы можете это забыть, потому что вы забыли самих себя, вы способны забыть все, что угодно. Забвение — вот настоящая тьма.

А в состоянии забвения происходит все, что угодно; вы подобны пьяному, вы совершенно забылись, вы не помните, кто вы, куда вы идете, за чем вы идете. Смешались все направления, потеряно само чувство направления: вы, как пьяный. Вот почему все основные религиозные учения настаивают на необходимости помнить себя. Забвение — это болезнь, противоядием будет воспоминание себя.

Старайтесь помнить себя, - но на это вы скажете: «Я знаю себя, я помню себя! О чем вы говорите?»

Тогда попробуйте следующее: держите часы перед собой и смотрите на секундную стрелку и помните только одно: «Я смотрю на секундную стрелку, которая показывает секунды». Вы не сможете помнить это даже на протяжении трех секунд; вы будете постоянно забывать такую простую вещь: «Я смотрю, и я буду помнить, что я смотрю. Вы забудете, потому что много разных мыслей придет вам на ум: у вас встреча, и, глядя на часы, по ассоциации вы вспомните: «в пять часов я должен встретиться с другом». Мысль появится внезапно, и вы забудете, что вы смотрите на часы. Глядя на часы, вы, возможно, подумаете о Швейцарии, потому что они швейцарского производства. Просто глядя на часы, вы можете подумать: «Какой я глупец! Что я здесь делаю, трачу попусту время?» Но даже в течение трех секунд вы не будете в состоянии помнить, что вы смотрите на движущуюся стрелку.

Если вы можете в течение одной минуты помнить себя, я обещаю сделать из вас Будду. Одной минуты, этих 60 секунд будет достаточно. Вы подумаете: «Так просто, так доступно?» — Это не так. Вы не знаете, как глубоко забвение. Вам не удастся думать об этом непрерывно в течение одной минуты без того, чтобы какая-нибудь мысль не нарушила ваше вспоминание себя. Это настоящая тьма. Когда вы помните, вы становитесь светом. Когда вы забываете, вы становитесь тьмою. Ну а в темноте приходят разные воры, разные грабители нападают на вас, случаются разные несчастья. Помнить себя — вот ключ. Старайтесь больше вспоминать себя, потому что, чем больше вы попытаетесь вспомнить, тем более центрированным становитесь, вы — в себе, ваш блуждающий ум возвращается к себе. В противном случае вы куда-то несетесь: ум постоянно создает новые желания, а вы следуете за умом одновременно во многих направлениях. Вот почему вы расколоты, расщеплены, вы не цельны и ваше внутреннее пламя колеблется, как лист на сильном ветру. Когда ваше внутреннее пламя перестанет колебаться, с вами произойдет изменение, трансформация, родится новое существо — и это существо будет от природы света. В данный момент ваша природа от тьмы, вы просто являетесь отсутствием того, что возможно. В действительности вас еще нет, вы еще не родились. Вы прошли через много рождений и смертей, но вы еще не родились. Ваше истинное рождение еще должно произойти, и это будет то самое рождение; вы трансформируете свою внутреннюю природу из состояния забвения к самовоспоминанию.

Я не даю вам никаких правил, я не говорю — делайте то-то и не делайте того-то. Моя дисциплина очень проста. Моя дисциплина заключается в следующем: делайте, что хотите, но при этом помните себя; помните, что вы это делаете. Гуляя, помните, что вы гуляете. Вам незачем облекать это в слова, потому что это не поможет; облечение в слова будет отвлекать. Не нужно ходить и говорить про себя: «Я гуляю», потому что, если вы будете говорить «я гуляю», «я гуляю», это ваше «я гуляю» будет забвением, тогда вы будете не в состоянии помнить. Просто помните; нет необходимости облекать это в слова.

Я облекаю это в слова, потому что я разговариваю с вами, но когда вы будете гулять, просто помните об этом; каждый шаг должен быть сделан с полным осознанием.

Когда вы едите, — ешьте. Я не говорю вам, что есть и чего не есть. Ешьте, что хотите, но помните, что вы едите. И вскоре вы увидите, что стало невозможным совершать многие вещи.

Помня себя, нельзя есть мяса. Если вы помните, невозможно предаваться ярости. Если вы помните, невозможно никому причинить вред, потому что, когда вы помните себя, вы внезапно видите, что тот же самый свет, то же самое пламя горит повсюду, в каждом теле, в каждой частице.

Чем больше вы знаете свою внутреннюю природу, тем глубже вы проникаете в другого. Как можно убить для того, чтобы есть? Это становится невозможным. Но не упражняйтесь в этом, если вы упражняетесь в этом, то это фальшиво.

Если вы упражняетесь не быть вором, это фальшиво; вы останетесь вором, для этого вы найдете более утонченные способы. Если вы будете упражняться в ненасилии, то за вашим ненасилием будет спрятано насилие.

Нет, в религии нельзя упражняться. Можно упражняться в морали, вот почему мораль порождает лицемерие. Мораль порождает лицемеров. Религия создает подлинное существо, в ней нельзя упражняться. Как можно практиковать бытие? Вы просто становитесь более осознающим, и все вокруг начинает изменяться. Вы все больше становитесь от природы света, и тьма исчезает.

Тьма веков не может заслонить сверкающего солнца... В течение миллионов жизней, в течение веков, вы находились во тьме, но пусть это вас не угнетает и не лишает надежды, потому что, если даже вы миллионы жизней прожили во тьме, в одно мгновение вы можете достичь света.

Представьте себе, дом оставался закрытым и темным в течение ста лет, вы входите в него и зажигаете свет. Неужели темнота скажет: «Мне сто лет, а этот свет всего лишь младенец?» Неужели темнота скажет: «Я не собираюсь исчезать! Вам придется жечь свет, по крайней мере, сто лет, только тогда...?» Даже новорожденное пламя способно рассеять очень древнюю тьму. Почему? Ведь за сто лет тьма должна была укорениться. Но тьма не может укорениться, потому что ее нет. Она просто ждала света - как только свет пришел, тьма исчезла; она не может противостоять, потому что не обладает позитивным существованием.

Ко мне приходят и говорят: «Вы учите, что возможно внезапное просветление. А что же случится тогда с нашими прошлыми жизнями? И с нашими прошлыми кармами?» Ничего — ведь они от природы тьмы. Может быть, вы убили, может быть, вы были вором, грабителем, может быть, вы были Гитлером, Чингиз Ханом, или кем-то еще худшим, это не имеет значения. Как только вы вспоминаете себя, появляется свет, а все прошлое немедленно исчезает, оно не может оставаться ни минуты. Вы убили, но вы не можете стать убийцей; вы убили, потому что не осознавали себя, не осознавали, что вы делаете.

Говорят, что Иисус на кресте сказал: «Отец, прости этих людей, потому что не знают, что творят». Он говорил следующее: «Эти люди не от природы света, они не помнят себя. Они действуют в состоянии полнейшего забвения, они движутся и спотыкаются в темноте. Прости их, они не ответственны за то, что они делают». Как может человек, который не помнит себя, быть ответственным за что-то?

Когда пьяница убивает кого-то, даже суд оправдывает его, если может быть доказано, что действовал в бессознательном состоянии. Почему? Потому что, как можно на такого человека возложить ответственность? Вы можете осудить его за пьянство, но не можете осудить его за убийство. Если сумасшедший убивает, его оправдывают, потому что он не в себе.

Быть естественным — значит помнить. Я прошу вас, пусть вас не тревожит то, что вы сделали. Это случилось, потому что вы не осознавали. Зажгите свое внутреннее пламя - найдите его, ищите его, оно там — и внезапно все прошлое исчезнет, как будто бы оно произошло во сне. В действительности оно произошло во сне, потому что вы не осознавали. Все кармы произошли во сне, они сделаны из той же материи, что и сны.

Нет необходимости ждать, пока ваши кармы исчерпают себя — тогда вам придется ждать целую вечность. Даже тогда вы не выберетесь из колеса, потому что невозможно ждать вечности: вы будете совершать различные поступки, и тогда порочный круг не исчерпается. Вы будете идти все дальше и дальше, вы будете совершать поступки, и новые поступки повлекут за собой следующие поступки — где же этому конец? Нет, в этом нет необходимости. Просто осознайте, и внезапно все кармы опадут. В единый момент напряженного осознания все прошлое исчезает, превращается в хлам.

Это одна из наиболее глубоких истин, которые открыл Восток. Христианство не может этого понять: оно продолжает думать о суде, о Судном дне, о том, что всех будут судить согласно их деяниям — тогда, Христос ошибался, когда говорил: «Прости этих людей, ибо они не ведают, что творят». Иудеи не могут понять этого, мусульмане не могут понять этого.

Индусы являются одной из самых решительных наций, они проникли в самую суть проблемы: проблемой является не действие, проблемой является бытие. Когда вы поймете свое внутреннее бытие и свет, вы больше не от мира сего; то, что случалось в прошлом, случалось во сне. Вот почему индусы говорят, что весь этот мир — сновидение, только вы не являетесь сновидением, только сновидец не является сновидением; все остальное сон.

Обратите внимание на красоту этой истины: только видящий сны не есть сновидение, потому что видящий сны не может быть сновидением — иначе сновидение не могло бы существовать. Хоть кто-нибудь, например сновидец, должен быть подлинно существующим. Днем вы бодрствуете и совершаете множество поступков; вы идете в магазин, на базар, работаете на ферме, на заводе, делаете миллионы вещей. Ночью, когда вы засыпаете, вы забываете абсолютно обо всем, оно исчезает, — возникает новый мир, мир сновидений. В настоящее время ученые утверждают, что сну нужно отводить столько же времени, сколько и бодрствованию. Сколько часов вы уделяете бодрствованию, столько же часов следует уделять сну. Если в течение шестидесяти лет двадцать лет были посвящены работе, двадцать же лет должны быть посвящены сну; такое же количество времени, точно такое же, должно быть посвящено сну. Сновидение не менее реально, оно того же качества.

Ночью вы видите сновидения, вы забываете о своем мире бодрствования. В очень глубоком сне вы забываете и мир бодрствования и мир сновидений. Утром начинает существовать мир бодрствования, вы забываете о своих сновидениях и своем сне. Но постоянным остается одно — вы. Кто помнит сны? Кто утром говорит: «Я видел сон вчера ночью»? Кто утром говорит: «Я спал очень крепко прошлой ночью, без всяких сновидений»? Кто?

Должен быть свидетель, который стоит в стороне, который всегда стоит в стороне и наблюдает. Проходит бодрствование, проходят сновидения, приходит глубокий сон, а кто-то стоит в стороне и наблюдает.

Только это реально, потому что оно существует в каждом состоянии. Другие состояния исчезают, но оно должно присутствовать в каждом состоянии, это единственное постоянное в вас. Стремитесь приблизиться к этому свидетелю. Становитесь все более бдительным, все более свидетелем. Вместо того чтобы быть актером в мире, будьте свидетелем, будьте зрителем. Все остальное сновидение, только видящий сны подлинен. Он должен быть подлинным, иначе, откуда же возьмутся сны? Он - основа; иллюзии могут возникать, только если есть он. И как только вы вспомните, вы начнете смеяться. Что за жизнь была без вспоминания? Вы как пьяный двигались из одного состояния в друге, по течению, неизвестно куда, плывя без направления.

Тьма веков не может скрыть блистающего солнца;

Долгие кальпы сансары...

Много, много веков, эонов этого мира кальп... никогда не смогут скрыть ума сияющего света. Он всегда есть, — это само ваше бытие. Хоть слова произносят, чтобы объяснить пустоту, пустота как таковая никогда не может быть выражена. Хотя мы говорим: «ум ясен как свет», он за пределами слов и символов.

Полезно будет понять одну вещь. Есть три подхода к действительности: один из них эмпирический, подход ученого — эксперимент и эксперименты с предметным миром, не принимайте ничего, пока это не подтверждено экспериментом. Есть и другой подход — логический. Логический ум не экспериментирует: он просто мыслит, рассуждает, находит за и против, и делает выводы усилием ума, рассудком. И есть, наконец, третий подход — метафорический, подход поэзии и религии. Итак, существует три подхода, три измерения, в которых человек постигает действительность.

Наука не может выйти за пределы объекта, поскольку сам подход создает ограничения, наука не может выйти за пределы внешнего, поскольку эксперименты возможны только с внешним, философия, логика не могут выйти за пределы субъективного, поскольку это усилие ума, которое вырабатывается в вашем же уме.

Вы не можете растворить ум, вы не можете выйти за его пределы. Наука предметна. Философия и логика субъективны. Религия идет дальше, поэзия идет дальше: это золотой мост, соединяющий объект с субъектом. Но в таком случае все превращается в хаос — конечно, очень творческий; в самом деле, там, где нет хаоса, нет творчества. Но тогда все становится нераспознаваемым, различия исчезают.

Я сказал бы это следующим образом. Наука — это подход днем, в яркий полдень; все ясно различимо, имеет границы и хорошо видны различия. Логика это ночной подход; брести во тьме лишь при поддержке ума, без всяких экспериментов, просто думая. Поэзия и религия — это подходы в сумерки, как раз в промежутке: день угас, исчезла яркость полдня, предметы не так ясны и различимы. Ночь еще не окутала все. День и ночь встречаются в мягких сумерках: ни белых, ни черных. Очертания встречаются и сливаются. Все не различимо, все является чем-то другим.

Это метафорический подход. Вот почему поэзия говорит метафорами — а религия это высочайшая поэзия, религия говорит метафорами. Помните, что эти метафоры не следует понимать буквально, иначе вы ничего не поймете. Когда я говорю «внутренний свет», не воспринимайте это буквально. Когда я говорю: «внутреннее — это свет», это метафора. Я на что-то указываю, но не определяю, не разграничиваю; что-то от природы света, не обязательно свет, — это метафора.

Здесь возникает проблема, потому что религия говорит метафорами, она не может говорить иначе. Если бы я побывал в другом мире и видел цветы, которые не существуют на этой земле, а затем, вернувшись к вам, стал бы рассказывать об этих цветах, что бы я сделал? Я был бы вынужден использовать метафоры и сравнения. Я сказал бы: «как розы» — но они не розы; иначе, зачем говорить: «как розы», проще сказать «розы». Но они не розы, они обладают другим качеством. «Как» означает, что я пытаюсь соотнести мое понимание с вашим пониманием этого мира — отсюда сравнения и метафоры. Вы знаете розы, но вы не знаете тех цветов из другого мира. Я знаю те цветы из другого мира, я пытаюсь рассказать вам что-то о том мире, поэтому я говорю, что они похожи на розы. Не сердитесь на меня, когда вы достигнете другою мира и не найдете там роз. Не тащите меня в суд, потому что я никогда не говорил этого буквально. Я указывал лишь на качество розы; это был лишь жест, палец, указывающий на луну. Но не хватайтесь за палец, палец не существенен — смотрите на луну и забудьте о пальце. В этом заключается смысл метафоры; не держитесь за метафору.

Многие люди запутываются в темноте из-за этого: они цепляются за метафоры. Я говорю о внутреннем свете — немедленно, через несколько дней ко мне начинают приходить люди и говорить: «Мы видим внутренний свет»; они нашли розы в другом мире, в котором они не существуют. Из-за этого метафорического языка у многих разыгрывается воображение.

П.Д.Успенский придумал слово «имажинационный». Когда кто-нибудь говорил, придя к нему, о своих внутренних переживаниях: «Кундалини пробудилась, я видел внутренний свет в голове; чакры открываются», он немедленно останавливал говорящего, и произносил: «имажинационный». Его спрашивали, что такое имажинационный? Он отвечал: «Болезнь воображения», и добавлял: «Перестаньте! Вы стали жертвой».

Религия говорит метафорами, иначе говорить невозможно, потому что религия говорит о запредельном. Она пытается найти сравнения в этом мире. Она употребляет слова, которые не соответствуют, но эти несоответствующие слова — единственные доступные и ими приходится пользоваться.

Поэзию легко понимать, религию — трудно, потому что вы уже знаете, что поэзия — это воображение, и не возникает никаких трудностей. Вы легко понимаете науку, потому что вы знаете, что она не воображение, а эмпирический факт. Поэзию вы понимаете легко, вы знаете, что это поэзия, всего лишь поэзия — воображение. Прекрасно! Вы наслаждаетесь ею — это выдумка.

А что же делать с религией? Ведь религия это высочайшая поэзия. И она — не воображение. Уверяю вас, она столь же эмпирична, как и наука, но она не может пользоваться научными терминами, они слишком объективны. Она не может пользоваться философскими терминами, они слишком субъективны. Ей приходиться пользоваться чем-то, что не является ни тем и не другим, ей приходится пользоваться чем-то, что объединяет обеих - и она пользуется поэзией.— это высочайшая поэзия, поэзия по существу. Нельзя найти более великого поэта, чем Будда. Правда, он никогда не пытался писать стихи. Вот я здесь с вами; я поэт; но я не сочинил ни единого стихотворения, даже хайку, но я постоянно говорю метафорами. Я все время пытаюсь перебросить мост через провал, разъединяющий науку и философию. Я стараюсь создать у вас ощущение целого, не разделенного. Наука — одна половина, философия — другая. Что же делать? Как дать вам ощущение целого? Если вы погрузитесь в философию, вы придете к тому же, к чему пришел Шанкара. Он говорил: «Мир иллюзорен, он не существует — существует только сознание». Это слишком односторонне. Если вы присоединитесь к ученым, вы придете к тому, к чему пришел Маркс. Маркс и Шанкара две противоположности. Маркс говорит: «Нет сознания — существует только мир». А я знаю, что оба правы и оба неправы. Оба правы, потому что говорят половину правды, и оба неправы, потому что отрицают другую половину. Но что делать, если нужно говорить о целом? Поэзия — единственный способ, метафора — единственный выход. Запомните это: хоть слова говорят, чтоб пустоту объяснить, словами пустоту не выразить.

Вот почему мудрецы настаивают «То, что мы говорили, не может быть сказано. Оно невыразимо, а мы пытаемся выразить его». Они всегда подчеркивают это, потому что существует опасение, что их поймут слишком буквально. Пустота — есть пустота в том смысле, что от вас ничего не останется в ней; но в другом смысле пустота — не пустота, потому что Целое заполнит ее — пустота станет самым совершенным наполненным явлением.

Что же делать? Когда вы говорите «пустота», ум считает, что нет ничего; тогда зачем беспокоится? Когда вы говорите, что это не пустота, а самое совершенное существование, ум охватывает тщеславие: как стать самым совершенным существом — и тогда появляется ЭГО.

Чтобы избавится от ЭГО, подчеркивается слово «пустота». Но чтобы вы не забывали, что Пустота в действительности не пустота, говорится, что ее заполняет Целое. Когда вас нет; все бытие входит в вас. Когда капля исчезает, она становится океаном.

Хотя мы говорим, ум это ясный свет, говорит Тилопа ...он вне пределов символов и слов.

Не обманывайтесь метафорами, не воображайте свет внутри. Это очень легко — имажинационно. Вы можете закрыть глаза и представить свет; вы такой мечтатель, вы можете представить все, что угодно, почему бы не свет?

Ум имеет способность создавать все, что вы пожелаете, требуется немножко усилия. Вы можете представить в уме прекрасную женщину, почему бы не свет? Чем свет плох? Вы можете создать в уме таких прекрасных женщин, что ни одна из женщин в действительности не достигнет идеала. В себе вы можете создать целый мир переживаний. Каждое чувство имеет свой центр воображения.

Во время гипноза случается, что воображение начинает работать максимально, а разум полностью отключается, потому что разум засыпает во время гипноза! Гипноз — не что иное, как сон разума, этого «скептика», тогда великолепно работает воображение. Снимается торможение, вы без удержу мчитесь, все дальше и дальше, и нет тормозов.

В состоянии гипноза можно представить себе все, что угодно: если вы дадите луковицу человеку в состоянии гипноза и скажете: это чудесное яблоко, очень вкусное, — он съест луковицу и скажет: «Действительно, очень вкусное», и добавит: «Я никогда раньше не ел такого великолепного яблока». Если ему дать яблоко и сказать: «Это луковица», из глаз его польются слезы, и он скажет: «Очень горький лук», — это притом, что он ест яблоко.

Что же происходит? Разум-скептик отсутствует, во время гипноза он засыпает. Начинает действовать воображение и ничто его не контролирует, — то же самое относится к религии.

Религия требует доверия. Доверие означает, что сомнение, свойственное уму, дремлет, как при гипнозе. Поэтому, когда люди говорят: «Этот человек, Ошо вас загипнотизировал», они по-своему правы: если вы доверяете мне, это подобно гипнозу; полностью бодрствующий, вы сбросили разум, теперь воображение работает максимально, и вы находитесь в опасном положении. Если вы позволите, воображение может представить все, что угодно: кундалини пробуждается, чакры открываются; вы можете вообразить все, что угодно, и с вами все это случится, все это будет прекрасно, но не истинно. Когда вы доверяете человеку, в самом доверии необходимо помнить о воображении. Доверяйте, но не становитесь жертвой воображения. Все, что здесь было сказано — метафора. И всегда помните, что все переживания — воображение; все без исключения — только испытывающий их истинен.

Поэтому, что бы вы не испытывали, не придавайте этому большого значения, не начинайте хвастаться этим. Просто помните, что все, что вы переживаете, иллюзорно, только тот, кто переживает, истинен. Обратите внимание на свидетеля; сосредоточьтесь на свидетеле, а не на переживаниях. Все переживания, какими бы прекрасными они не были, подобны сновидению, нужно идти дальше.

Итак, религия поэтична, она требует метафор, ученик, который глубоко верит, может легко стать жертвой воображения - нужно быть очень и очень бдительным. Доверяйте, выслушивайте все метафоры, но помните, что они всего лишь метафоры. Доверяйте — и с вами начнут случаться разные вещи, но помните: все есть воображение, кроме вас. А вам нужно достичь такого состояния, когда отсутствуют переживания; только испытывающий их сидит безмолвно в своей обители, нет ни переживания, ни объектов, ни света, ни цветущих цветов — ничего.

Лин-Цзы сидел в своем монастыре, в маленьком монастыре на вершине холма. Однажды он сидел под деревом у скалы, когда его кто-то спросил: «Что происходит, когда достигнешь?» Лин-цзы светил: «Я сижу здесь один - проплывает облако - я смотрю; проходят времена года, и я смотрю. Я сижу здесь один. В конце концов, остается лишь наблюдающий за вами свидетель, сознание. Исчезают все переживания, остается только само место всех переживаний, все остальное исчезает.

Помните об этом, потому что вы мне доверяете, а я говорю метафорами - при этом возможно воображение. Имажинационное: берегись этой болезни.

Хоть мы говорим, что ум есть ясный свет, он вне пределов символов и слов. Хотя ум, по существу, это пустота, он объемлет и содержит в себе все.

Эти утверждения на первый взгляд противоречивы: вы говорите, что ум — пустота, и тут же утверждаете, что он содержит в себе все. Почему такие противоречия? Просто такова природа всего религиозного опыта; прибегают к метафорам, но вам необходимо быть настороже, чтобы не стать жертвой метафор.

По природе он – пустота. Но он содержит в себе все. Когда вы станете совершенно полыми, только тогда вы осуществитесь, - когда вас больше нет. Только тогда вы будете.

Иисус сказал:

«Если потеряешь себя, то достигнешь. Если будешь цепляться за себя, то потеряешь. Если умрешь, то возродишься. Если сможешь полностью уничтожить себя, то станешь вечным, сам станешь вечностью».

Это все метафоры, но если вы верите, ели вы любите, если вы позволите своему сердцу открыться навстречу мне, тогда вы будете в состоянии понять. Это понимание превосходит все понимания. Вы постигаете не разумом, а сердцем. Энергия переходит от сердца к сердцу.

Вот я нахожусь здесь и разговариваю с вами, но это второстепенно. Главное то, что если вы откроетесь, я смогу влить самого себя в вас. Если благодаря моей беседе вы станете более и более открытыми, то я достиг цели. Я ничего не пытаюсь вам сказать, я просто пытаюсь сделать вас более открытыми — этого достаточно. Тогда я смогу перелить себя в вас... и пока вы не вкусите меня, вы не сможете понять то, о чем я говорю.

Песня продолжается:

Ничего не совершай телом, но расслабься;

Сомкни уста и молчи;

Опустоши свой ум и ни о чем не думай.

Подобно полому бамбуку пусть отдыхает твое тело.

Ничего не давая и не принимая, успокой свои ум.

Махамудра подобна уму, который ни к чему не привязан

Упражняясь в этом, ты со временем достигнешь состояния Будды.

 

 

!