Часть 5



Октябрь 25, 1974

Когда исчезают мысли-объекты,

исчезает и мыслящий субъект,

так же, как и когда исчезает ум —

исчезают объекты.

Вещи есть объекты из-за субъекта,

ум таков из-за вещей.

Поймите связанность этих двух

и изначальную реальность —

единство пустоты.

В этой пустоте два неразличимы —

и каждое содержит в себе весь мир.

Если вы не делаете различия

между грубым и тонким,

вы не будете искушаемы

предубеждением и мнением.

ЕДИНСТВО ПУСТОТЫ

Мир существует из-за вас — вы создаете его, вы — создатель. Каждое единичное существо создает мир вокруг себя — это зависит от его ума. Ум может быть иллюзорным, но он является создающим — он создает грезы. И это зависит от вас — создавать ад или рай.

Если вы покинете этот мир, вы не сможете его оставить. Куда бы вы ни пошли, вы будете создавать снова тот же мир, ибо мир непрерывно исходит из вас, так же, как листья исходят из дерева.

Вы не живете в одном и том же мире, не можете жить, ибо вы не обладаете схожими умами. Прямо рядом с вами кто-то может жить в раю, а вы можете жить в аду, но вы думаете, что живете в одном и том же мире. Как вы можете жить в одном и том же мире, когда умы различны?

Поэтому первая вещь, которую надо понять, это то, что вы не можете оставить мир, если ум не исчез. Они связаны, они зависят один от другого, они создают порочный круг. Если есть ум... А каждый ум всегда является особенным умом. Когда ум больше не особенный, когда он становится умом с заглавной «У», тогда он больше не ум, он стал сознанием. Ум всегда является особенным умом и имеет особенный аромат вокруг себя — это ваш мир.

Ум создает мир, и тогда мир создает ум, помогает уму оставаться тем же самым. Это порочный круг. Но источник — в уме, мир — это лишь побочный продукт. Ум — субстанционален, мир — это лишь его тень. И вы не можете уничтожить тень, но каждый пытается ее уничтожить.

Если эта жена не устраивает вас, вы думаете, что другая жена будет устраивать. Вы пытаетесь изменить мир, а вы сами — такие же. Вы просто превратите новую жену в точное повторение предыдущей. Вы снова будете создавать, ибо жена будет просто экраном.

И вы будете удивлены; опыт людей, который были много раз женаты, действительно странен. Человек, который был женат много раз, осознает этот факт и спрашивает: «Почему так случается, что в таком огромном мире я всегда спотыкаюсь на одном и том же типе женщин? Даже по случайности это кажется невозможным! Все снова и снова!»

Проблема не в женщине — проблема в уме; ум снова привлекается тем же типом женщины, снова создает ту же связь, снова обнаруживает ту же кашу и тот же ад.

И то же самое происходит во всем, что вы делаете. Считаете ли вы, что будете жить счастливо во дворце? Вы неправы! Кто собирается жить во дворце? Вы будете там жить. Если вы не счастливы в вашей хижине, вы не будете счастливы и во дворце. Кто будет жить во дворце? Дворец не существует вне вас.

Если вы можете счастливо жить в хижине, вы можете жить счастливо и во дворце, ибо вы создаете вокруг себя мир. С другой стороны, как хижина раздражает вас, так и дворец будет раздражать — даже еще больше, ибо это большая вещь. Он станет адом, это будет то же самое: более украшенный, но украшенный ад — это не рай. И даже если вас насильно забросят в рай, вы будете пытаться найти выход или создадите там ваш ад.

Я слышал об одном человеке, великом бизнесмене, производителе одежды, который умер и каким-то образом из-за некоторой технической ошибки попал в рай. Он встретил там своего старого партнера. Старый партнер был так же печален, как и на земле, поэтому бизнесмен спросил: «Что это значит? Ты в раю и так несчастен?»

Партнер сказал: «Здесь отлично, но я лично предпочитаю Майами».

И второй через несколько дней тоже пришел к подобному заключению. Они снова стали там партнерами и захотели открыть фирму по производству одежды.

То же самое происходит, куда бы вы ни отправились, ибо вы есть мир. Вы создаете мир вокруг себя, и затем мир помогает уму, который его создал. Сын помогает отцу, сын помогает матери, ваша тень помогает субстанции. Тогда ум еще более усиливается и вы снова создаете тот же мир по той же схеме. Откуда начинать трансформацию? Как измениться?

Если вы посмотрите, ваш первый взгляд подскажет, что надо менять мир, ибо он так очевиден вокруг вас. Измените его! И это то, что вы делали многие жизни: непрерывно изменяли мир, изменяли это и то, меняли дома, тела, жен, мужей, друзей — меняли, но никогда не приглядывались к тому факту, что вы оставались такими же. Как же вы можете изменить мир?

Вот почему во всем мире появилась фальшивая традиция отречения: сбежать из дома и идти в монастырь; сбежать с базара и идти в Гималаи; бежать от мира. Вы можете легко поехать в Гималаи, но как вы убежите от самих себя? Вы создадите там такой же мир — такой же! Это может быть миниатюрный мир, он может быть не таким огромным, но вы будете делать то же самое. Вы такие же — как вы можете делать что-нибудь еще?

Более глубокая проницательность откроет вам, что если вы изменяете ум, тогда изменяется мир. Тогда где бы вы ни были, открывается другой мир. Идите глубже и тогда вы поймете, что если вы действительно хотите быть вне мира, который вас окружает, тогда вам надо отбросить ум, ибо как бы красив ни был мир, рано или поздно он станет обузой и вам это надоест.

Даже если это рай, вы начнете искать ад, ибо ум нуждается в изменениях. Он не может жить в вечном, он не может жить в неизменности, потому что он жаждет новых курьезов, нового возбуждения. Для ума невозможно остановить время, оставаться безвременным.

Вот почему ум не может жить здесь и сейчас, ибо он не является частью времени — оно никогда не меняется, оно неизменно. Вы можете сказать, что оно неизменно — оно вечно. Оно просто таково, каково есть. Там ничего не происходит — это пустота.

Будда назвал ее шуньята, абсолютно пустое — там ничего не происходит, никто не приходит, никто не уходит. Там никого нет, потому что если кто-то есть, тогда то или иное произойдет. Ум не может жить в вечном сейчас. Ум хочет изменения и продолжает надеяться — продолжает надеяться вопреки всему: вся ситуация безнадежна, но ум продолжает надеяться.

Я слышал...

Мулла Насреддин оставался безработным много-много лет, ибо он хотел быть актером, но не имел таланта. Но каждый день он пунктуально шел к своему агенту. Он с надеждой стучал в дверь, входил в контору и спрашивал: «Что-нибудь произошло? Я где-нибудь записан?»

Агент всегда говорил одно и то же: «Я ничего не могу сделать, нет никакой возможности».

Проходили дни, недели, прошли годы, и стук муллы стал привычным. Несмотря на сезон, на погоду, хорошую или плохую,— агент был уверен в одном: мулла придет. И он опять с надеждой спрашивал, и агент опять говорил одно и то же: «Насреддин, я ничего не могу сделать, нет никакой возможности».

Затем однажды послышался другой стук, немного печальный, и когда мулла вошел, агент даже был удивлен, так он был печален. Мулла сказал: « Слушай, две недели не записывай меня никуда, потому что я собираюсь в отпуск».

Вот так функционирует ум: он продолжает надеяться — не много лет, а много жизней! Вы стучитесь в одну и ту же дверь с тем же вопросом и желанием — и там всегда «Нет». Что вы получили через ум, кроме этих «Нет?»

«Да» никогда не приходит таким способом, не может прийти. Ум — это тщетное усилие, он подобен пустыне — на нем ничего не растет. Ничто не может вырасти, но он продолжает надеяться. Даже пустыня грезит и грезит о прекрасных садах, текущих реках, ручьях и водопадах. Даже пустыня грезит — и это грезы ума.

Человек должен быть бдительным. Больше нет необходимости терять время, не нужно стучать в дверь агента. Вы достаточно пожили с умом — вы ничего не достигли через него. Разве это не подходящий момент быть бдительным и сознательным?

Конечно, вы накопили много несчастий и много адов, но если вы называете их достижениями — отлично. Вы собрали много забот, разочарований, и куда бы вы ни двинулись с умом, что-то происходит не так.

Сын муллы Насреддина пошел в школу. Учительница говорила о географии, она учила и объяснила о форме Земли. Затем она спросила сына муллы Насреддина: «Какова форма Земли?»

Он хранил молчание, поэтому, чтобы натолкнуть его на ответ, она спросила: «Она плоская?»

Сын ответил: «Нет».

Она обнадежилась и сказала: «Тогда это шар круглой формы?»

Сын Насреддина ответил: «Нет».

Тогда она удивилась. Она сказала: «Есть две возможности: либо она плоская, либо круглая, а ты в обоих случаях говоришь «нет». Каково же твое предположение?»

Сын ответил: «Мой папа сказал, что она кривая!»

Для ума все криво; не потому, что все кривое, но из-за того, что ум смотрит таким способом. Все, что воспринимается посредством ума, становится кривым. Точно так же, когда вы опускаете в воду прямую вещь, прямую палку, вы внезапно видите, что водная среда что-то сделала — она больше не прямая. Вы вынимаете ее из воды — она снова прямая. Опустите ее в воду опять...

И вы знаете, что палка остается прямой даже в воде, но ваши глаза все же говорят, что она не прямая. Вы можете вынимать и опускать ее сотню раз. Даже если вы хорошо знаете, что палка остается прямой, водная среда вновь дает вам ложное представление, будто палка не прямая.

Вы познали много-много раз, что несчастье создано умом, но вы снова становитесь жертвой. Ум создает несчастье. Он не способен создать ничего другого, ибо он не может встречаться с реальностью — он может только грезить, это единственная способность ума. Он может только мечтать, а мечты не могут быть удовлетворены, ибо всегда, когда они предстают перед реальностью, они разбиваются.

Вы живете в стеклянном доме, вы не можете встретиться лицом к лицу с реальностью. Когда бы ни пришла реальность, ваш дом разбивается, и многие дома, в которых вы жили, были разбиты. Вы несете в своем уме их развалины, тоску, которая является итогом. И это сделало вас сердитыми, раздражительными.

Испробуйте кого-нибудь, и вы обнаружите, что он горький. И такое же ощущение у других от вас — все горьки. Подойдите ближе — и все становится горьким; оставайтесь на расстоянии — и все выглядит прекрасно. Но подойдите ближе — и все становится горьким, потому что когда вы подходите ближе, умы проникают друг в друга, и все искривляется — тогда ничто не прямо.

Это должно быть осознано как ваше переживание, не как теория — моя или Сосана. Сосан не может помочь, и я не могу — это должно стать феноменом, пережитым вами самими. Пережитый, он становится Истиной, и тогда многое начинает меняться — тогда вы отбрасываете ум.

А когда ум отбрасывается, все миры исчезают; когда отбрасывается ум, исчезают объекты — тогда они больше не объекты. Тогда вы не знаете, где кончаетесь вы и где начинаются вещи: тогда нет границ — границы исчезают.

Вначале вы чувствуете так, будто все стало мутным, но понемногу вы устраиваетесь в новом феномене, который происходит от отсутствия ума. Тогда есть звезды, но они — часть вас, они не объекты больше. Цветы и деревья есть, но они цветут в вас, не снаружи. Тогда вы живете с единством.

Барьер разрушен — барьер был вашим умом. Тогда, впервые, нет мира, ибо мир означает сумму объектов. Впервые есть вселенная, а вселенная означает единое. Вспомните слово «уни». Вы не вправе называть это вселенной, универсумом. Не зовите это «универсумом» — для вас это «мультиверсум», много миров, а не один — он еще не стал одним. Но когда ум отпадает, миры исчезают.

Там нет объектов: границы смешиваются и встречаются друг с другом — дерево становится скалой, скала становится солнцем, солнце становится звездой, звезда становится женщиной, которую вы любите, и все встречается и смешивается одно с другим. И вас там нет отдельно. Вы в этом, пульсируете у самого сердца. Тогда это универсум.

Ум отпадает, объекты исчезают — источник грез исчез. Что вы делали? Вы пытались получить лучшую грезу и, конечно, тщетно. Все усилие ума направлено на получение лучшей грезы, но не думайте, что ум может дать вам лучшую грезу. Сон есть сон. Даже лучший, он не будет удовлетворительным — он не может дать вам глубокого удовлетворения. Сон есть сон.

Если вы чувствуете жажду, вам нужна реальная вода, а не вода-греза.

Если вы голодны, вам нужен реальный вещественный хлеб, а не хлеб-греза. На несколько минут вы, возможно, можете обмануть себя, но как долго?

Это происходит каждую ночь: вы голодны и ум создает сон, что вы едите — едите деликатесы. На несколько минут это хорошо, даже на несколько часов хорошо, но как долго? Можете ли вы оставаться в этом сне вечно?

Это помогает спать — вы не просыпаетесь. Иначе голод разбудит вас, вам надо будет вставать и идти есть. Это помогает: вы можете продолжать спать, чувствуя, что вы едите — нет нужды идти куда-либо. Но утром вы будете знать, что ваш ум вас обманул.

Вся ваша жизнь как сон, и вы заменяете объектами-грезами реальность. Поэтому каждый день все разбивается, каждый день вы сталкиваетесь с реальностью, ибо реальность продолжает прорываться оттуда и отсюда — вы не можете этого избежать. Сон — это очень хрупкая вещь: реальность продолжает стучать в него и разбивает.

И это хорошо: для вашего же блага реальность разрушает ваши сны, разбивает их на куски. Но вы снова начинаете собирать эти куски и создавать новые сны. Бросьте это! Вы уже достаточно это делали — и ничего не достигнуто. Хватит этого!

Если вы понимаете, что мечтание должно быть прекращено, мир объектов исчезает: мир будет, но не из объектов. Тогда все становится живым, все становится субъектным.

В этом смысл высказывания религиозных людей, которые говорят, что все есть Бог. Что они говорят? Бог — это просто метафора. Нет никого, кто сидел бы где-то в небесах, контролировал, управлял, изобретал. Бог — это просто метафора. Метафора состоит в том, что вещи в мире не предметы, они персоны. Глубоко внутри они субъектны. Все живо и пульсирует, и это пульсирование не частичный процесс — это пульсирование является пульсацией Целого.

Конечно, вы чувствуете биение сердца, у сердца, около сердца. Но если вы думаете, что биение только в сердце, тогда вы ошибаетесь — все тело пульсирует. Сердце — только индикатор, пульсирует все тело. Вот почему когда сердце останавливается, тело мертво. На самом деле не сердце пульсировало, а все тело пульсировало через сердце — сердце было лишь индикатором.

Вы пульсируете, но целое пульсирует через вас — вы просто индикатор, сердце. Вселенная пульсирует и бьется через вас. Вас нет — есть вселенная.

А вселенная не является суммой объектов — это субъектность. Она существует как личность, она жива, сознательна. Это не механическая организация — это органическое единство.

Теперь попытайтесь понять слова Сосана:

Когда исчезают мысли-объекты, исчезает и мыслящий субъект, Так же, как когда исчезает ум — исчезают объекты. Вещи есть объекты из-за субъекта, ум таков из-за вещей.

Вещи вокруг вас существуют из-за вас — вы привлекаете их. Если вы чувствуете вокруг себя ад, то именно вы притянули его. Не сердитесь на него и не начинайте с ним бороться: это бесполезно. Вы притянули, вы пригласили, вы сделали его, и теперь ваши желания удовлетворены — все, что вам было нужно, есть вокруг вас. И тогда вы начинаете сражаться и злиться — ведь вы преуспели!

Всегда помните, что все, что происходит вокруг вас, укоренилось в уме — ум всегда причина. Он является проектором, а снаружи есть только экраны — вы проецируете себя. Если вы чувствуете, что это уродливо, тогда это ум. Если вы чувствуете, что все, исходящее из ума, подобно аду и ночному кошмару, тогда отбросьте ум. Работайте с умом

— не работайте с экраном, не раскрашивайте и не изменяйте его. Работайте с умом.

Но тут есть одна проблема, ибо вы думаете, что вы есть ум, тогда как же вам его отбросить? Ведь вы чувствуете, что можете все отбросить, изменить все, перекрасить, приукрасить, переорганизовать, но как вы можете отбросить себя? В этом корень всех проблем. Вы не есть ум, вы — вне ума. Вы стали тождественны, это точно, но вы не есть ум.

И в этом цель медитации: дать вам небольшой проблеск того, что вы не есть ум. Даже если ум останавливается, вы все же есть. Напротив, вас больше — вы переполнены бытием. Когда ум останавливается, это словно дренаж, который вас постоянно осушал, прекратил работу. Внезапно вы переполнены энергией. Вы чувствуете себя больше!

Даже если на единое мгновение вы осознали, что ума нет, но «я семь»

— вы достигли глубокой сердцевины Истины. Тогда будет легко отбросить ум. Вы не ум, иначе как вы можете отбросить себя? Сначала должно быть отброшено отождествление, затем может быть отброшен ум.

Весь метод Гурджиева в том, как стать неотождествленным. В следующий раз, когда придет желание, посмотрите на него. Скажите внутри себя: «Отлично, я понаблюдаю, как движется этот ум». И вы почувствуете дистанцию — вы смотрите на него. Кто этот зритель, этот наблюдатель? А желание движется и создает грезы.

Иногда вы можете забыть, иногда вы можете стать едины с желанием. Соберитесь снова, посмотрите на желание еще раз — желание движется само по себе. Это так, будто вошло облако: мысль взошла на небе вашего существа. Просто посмотрите на нее, понаблюдайте за ней. И помните:если вы можете быть неотождествленными даже на долю секунды — желание там, а вы здесь, и есть дистанция — то вдруг происходит просветление, к вам приходит свет.

Теперь вы знаете, что ум работает сам по себе — это механизм и вы можете отбросить его. Вы можете не использовать его, можете использовать — вы хозяин, а не раб. Механизм поставлен на свое место, он больше не хозяин. Тогда возможно отбрасывание. Когда вы отличны от этого, только тогда возможно отбрасывание.

Медитация, свидетельствование, молчаливое сидение и глядение на ум окажут большую помощь. Не насилие — просто сидение и глядение. Не делайте много — просто наблюдайте, как наблюдают птиц, летящих в небе. Просто лягте на землю и наблюдайте, не делая ничего, безразлично: куда они летят — вас не касается — они летят сами по себе.

Помните: мысли тоже как птицы — они движутся сами по себе. Иногда так случается, что мысли входят в ваше небо от людей, окружающих вас; иногда ваши мысли входят в их небеса. Вот почему иногда вы чувствуете, что с каким-то человеком вы становитесь внезапно печальны; с каким-то другим человеком вы неожиданно чувствуете прилив энергии, счастье и удовольствие. Простое глядение на кого-то, пребывание рядом с ним что-то меняет в вашем настроении.

Это случается даже с местами: вы идете в дом и вдруг на вас нападает уныние. Вы идете в другой дом и неожиданно чувствуете легкость, как есть бы у вас появились крылья: вы можете летать, вы невесомы. Вы входите в толпу, и вы больше не вы сами — что-то изменилось. Вы входите в другую толпу — снова что-то изменилось.

В этом основа сатсанга: быть с Мастером, который не имеет мыслей. Просто будьте с ним, и когда-нибудь его не-мысль, его не-ум постучатся в вашу дверь. В какой-то момент — это не может быть управляемо — нужно просто ждать, нужно просто молиться, ждать и наблюдать. Это нельзя принудить, ибо это не-мысль. Мысль — это вещь, ее можно бросить в вас. Не-мысль — это не вещь, ее нельзя бросить.

Мысль имеет свое собственное движение и вращение. Всегда, когда вы рядом с человеком, у которого слишком много мыслей, он наполняет вас своими мыслями. Он будет опорожнять в вас свой ум, просто находясь рядом; говорит он или нет — не имеет значения. Мысли, как искры, непрерывно сыплются из его головы вокруг — вы ловите их.

И иногда вы даже осознаете, что это не ваша мысль, но когда она приходит, вы наполняетесь ею, вы отождествляетесь даже с этим. Это не ваш гнев: кто-то другой был зол, и вы чувствуете нечто внутри вас. Кто-то возненавидел — и ненависть ударила в вас. Все заразительно, и ум — это самая заразная болезнь в мире. Никакой грипп не может сравниться с ним — он заражает людей повсюду вокруг.

Если вы можете видеть, вы можете видеть даже искры, падающие из головы человека. Они имеют разные цвета. Вот почему так много мистиков осознали ауры: ведь если приходит унылый человек, он приносит унылую ауру. Вы можете увидеть ее, если ваши глаза чисты. Вы можете увидеть, когда к вам приближается счастливый человек; даже если вы не видите его — он подходит позади вас, и вы его не видите — внезапно вы чувствуете, что вокруг происходит нечто счастливое.

Мысли — не ваши собственные, они — не вы. Когда вы умираете, ваши мысли рассеиваются вокруг. Это происходит: в следующий раз подойдите близко к умирающему человеку и понаблюдайте — это само по себе является переживанием. Когда человек умирает, просто сидите и наблюдайте, что происходит с вашим умом. Вы будете удивлены: мысли, которых никогда не было; мысли, которые вам не знакомы; которые неизвестны вам, неожиданно заклокотали в вас.

Человек умирает, и он разбрасывает свои мысли повсюду вокруг, как умирающее дерево разбрасывает свои семена. Оно в панике; перед тем, как дерево умрет, оно должно разбросать семена, чтоб взошли другие деревья. Никогда не подходите близко к умирающему человеку, если вы не сознательны, ибо тогда смерть повлияет на вас. Больше того, никогда не будьте рядом с человеком, где вы чувствуете уныние, печаль, если вы не сознательны. Если вы сознательны, тогда нет проблем — тогда уныние приходит и проходит, но вы никогда не отождествляетесь с ним.

Вы когда-нибудь чувствовали это, когда входили в церковь? Люди молятся, и вы сразу же чувствуете себя иначе. Так много молящихся, даже не очень настоящих, просто воскресный молебен, но все же они совершают это, и на несколько мгновений открываются их окна — они изменены. Огонь охватывает вас, и вы чувствуете внезапное изменение внутри.

Будьте бдительны. Затем посмотрите, как мысли входят в ваш ум, как вы отождествляетесь и становитесь едины с ними. А они движутся так быстро, их скорость так велика — ведь нет ничего более быстрого, чем мысль. Невозможно создать что-либо более быстрое, чем мысль. Она не требует времени, чтобы достичь чего-либо, она прыгает от одной бесконечности к другой, для нее не существует пространства.

Есть мысли, двигающиеся с огромной скоростью. Из-за большой скорости вы не можете увидеть две мысли раздельно. Сядьте, закройте глаза и замедлите все процессы в теле: дыхание замедляется, пульс замедляется, кровяное давление понижается. Вы замедляете все и расслабляетесь, ибо если все замедляется, мысли тоже должны замедлиться — ведь это неразрывно целое. Когда все замедленно, мысли должны замедлиться.

Вот почему в глубоком сне мысли останавливаются: все так замедленно, а мысль — такая быстрая вещь, что наступает разрыв — процесс не может продолжаться. Человек так замедлен, а мысль так быстра, что они не могут соединиться — мысль исчезает. В глубоком сне всего на, несколько часов, по крайней мере на два часа ночью, мысль останавливается, потому что вы полностью расслаблены.

Расслабьтесь и просто наблюдайте — поскольку мыслительный про-цесс замедляется, вы сможете увидеть промежутки. Между двумя мыслями есть интервал — в этом интервале существует сознание. Между двумя облаками есть интервал — в этом интервале существует голубое небо.

Замедлите мыслительные процессы и посмотрите в интервалы и об-ратите больше внимания на интервалы, чем на облака. Переместите внимание, измените установку. Не смотрите на фигуру, смотрите на фон.

Если я поставлю сюда доску, большую грифельную доску размером с эту стену, отмечу на ней белую точку и спрошу вас, что вы видите, есть вероятность в девяносто девять процентов, что вы не увидите доску — вы увидите белую точку, потому что мы видим фигуру, а не фон. Такая большая доска, но если я спрошу, что вы там видите, вы скажете: «Я вижу маленькое белое пятнышко». Такая большая доска не. видна, и только маленькое белое пятнышко, почти невидимое, видно. Почему? Потому что это зафиксированный шаблон ума — смотреть на фигуру, а не на фон; смотреть на облако, а не на небо; смотреть на мысль, а не на сознание.

Эта установка должна быть изменена. Обращайте больше внимания на фон, чем на фигуру. Вы будете ближе к реальности. В медитации это надо делать непрерывно. Ум по старой привычке будет смотреть на фигуру, а вы просто снова переместитесь — смотрите на фон.

Вы здесь, я здесь. Мы смотрим друг на друга двумя способами. Я могу смотреть на фон. На фоне есть деревья, растения, зелень, небо, огромная, вселенная — это ваш фон. Или я могу смотреть на вас — вы фигура. Но ум всегда смотрит на фигуру.

Вот почему происходит то, что если вы идете к такому человеку, как Сосан, Иисус или Будда, вы чувствуете, что их глаза не смотрят на вас. Вы просто фигуры, а они смотрят на фон. Их установка отличается. Вы можете почувствовать, что их глаза холодны, ибо они не обращают на вас внимания.

Вы просто облако. Когда такой человек, как Будда, смотрит — вы есть, но вы только маленькая часть фона. Фон огромен, а вы просто точка. Но вам бы хотелось, чтобы кто-то смотрел на вас, на маленькую точку так, будто вы есть вселенная, будто ничто не существует позади вас.

Любовь Будды выглядит холодной. Вам нужна горячая любовь — такая, когда смотрят на вас и забывают Целое. Это невозможно для Будды. У вас есть свое место, но вы — лишь маленькая точка. Как бы вы ни были красивы, вы просто часть огромного фона — и все внимание целиком не может быть вам уделено.

Вот почему это чувствует себя очень уязвленным перед Буддой, ибо эго желает всего внимания: «Посмотрите на меня, я — центр мира». Но вы не центр мира. На самом деле нет центра мира, ибо центр возможен только в том случае, если мир ограничен. Если это ограниченный круг, тогда центр возможен, но это не ограниченный круг.

Это абсурд — думать о центре. Нет центра в мире, мир существует без всякого центра — и он прекрасен. Вот почему каждый может подумать: «Я — центр». Если центр есть, тогда это невозможно.

Вот почему мусульмане, и христиане, и иудуисты не примут индуистских утверждений «я семь бог — ахам брахмасми». Они скажут: «Это ересь, что ты говоришь? Только Бог есть центр. Никто другой не центр».

Но индуисты играючи утверждают: «Я есмь бог»,— ибо они говорят, что нет центра — или каждый есть центр.

Но когда вы просите, чтобы все внимание приходилось на вас, это ум — старая привычка ума не смотреть на фон, а смотреть только на фигуру.

В медитации вы должны переместиться от фигуры к фону, от звезд к небу. Чем больше происходит это перемещение, тем сильнее вы почувствуете, что вы не ум, тем сильнее вы ощутите, что его можно легко отбросить.

Это точно так же, как сбрасывание одежды. Вы сшили ее так плотно, что она ощущается, как кожа. Это не так, это так же, как одежда — вы можете ее легко сбросить. Но надо понять, что ты есть фон, а не фигура. И когда этот ум отпадает, говорит Сосан, тогда объективный мир просто

исчезает.

Что он подразумевает? Имеет ли он в виду, что если вы пребываете в глубокой медитации, если вы достигли цели, не-ума, тогда эти деревья растают, исчезнут? Тогда этого дома больше не будет? Тогда вы не будете здесь сидеть? Если я достиг, исчезнет ли этот стул, на котором я

сижу?

Нет. Объект исчезает как объект: не этот стул, не то дерево — они останутся, но они больше не будут ограниченными. Теперь у них нет границ. Тогда этот стул встречается с солнцем и небом, тогда фигура и фон станут едины. Нет фигуры, отдельной от фона — их индивидуальность утеряна. Они больше не объекты, ибо вы больше не

субъект.

Кришнамурти говорит нечто очень красивое: что в глубокой медитации наблюдатель становится наблюдаемым. Это верно, но вам это покажется абсурдным. Если вы смотрите на цветок, имеет ли в виду Кришнамурти, что вы становитесь цветком? Тогда как вы вернетесь домой? И кто-то может сорвать вас — и вы окажетесь перед проблемой.

«Наблюдающий становится наблюдаемым». Значит ли это, что вы становитесь цветком? Нет, но все же, в некотором смысле, да. Вы не становитесь цветком в том смысле, что вас можно сорвать, что кто-то может взять вас, что вы больше не человек. Нет, не в этом смысле. Но когда нет ума, нет никакой границы для вас, которая отделяет вас от цветка; никакой границы для цветка, которая отделяет его от вас. Вы оба стали субъективным резервуаром, вы растворились и встретились. Вы остались собой, цветок остался цветком, никто не может ошибочно сорвать вас, но есть растворение.

В вашей жизни это происходит только иногда на несколько мгновений, когда вы любите человека. Это тоже бывает редко, ибо человеческий ум никогда не покидает вас, даже в любви. Он продолжает создавать свой нонсенс, создавать свой мир. И любовнику не позволяется такая близость, чтобы он достиг фона. Это всегда стоит на пути — но несколько раз это случается.

Конечно, это, вероятно, происходит вопреки вам. Это так естественно, что даже если вы приняли все меры, иногда реальность ударяет в вас. Несмотря на все ваши меры, все ваши грезы иногда она проникает в вас, иногда вы не начеку. Иногда вы забываетесь или вы так заняты определенной вещью, что окно открывается, а вы не смотрите на окно — и реальность входит в него.

Это происходит на несколько мгновений в любви, когда наблюдающий стал наблюдаемым. Это прекрасная медитация: если вы любите человека, тогда сядьте с ним и смотрите друг другу в глаза, не думая ни о чем, не думая, кто он, не создавая мыслительного процесса — просто глядя друг другу в глаза.

Могут произойти несколько проблесков, когда наблюдающий станет наблюдаемым, когда вы будете потеряны и не будете знать, кто вы — стали вы возлюбленной или возлюбленная стала вами. Глаза — это прекрасные двери, чтобы войти друг в друга.

А почему я говорю, что это возможно только в любви? Потому что только в любви вы не начеку, вы расслабленны. Если вы не боитесь другого, вы можете быть уязвимы, вы можете принять это. Иначе вы все время начеку, ибо вы не знаете, что сделает другой, вы не знаете, не повредит ли он вам. И если вы не начеку, вред может зайти очень глубоко.

В любви вы можете смотреть в глаза друг другу. Там будут несколько проблесков, когда фон и фигура растворятся друг в друге — вы будете потрясены до самого основания. Внезапно у вас будет проблеск — вас нет, но все же вы есть. Где-то в глубине произошла встреча.

С настоящим медитирующим встреча происходит со всей вселенной.

Не так, что он становится деревом, но все же он становится деревом. Когда он с деревом, границ нет. И когда он становится настроенным на эту струну без границ, тогда он движется без границ.

Вот что подразумевает Сосан: «Когда ум исчезает, исчезают объекты; когда исчезают объекты — вы исчезаете, эго исчезает. Они связаны».

Поймите связанность этих двух и изначальную реальность — единство пустоты.

Вы существуете из-за ваших объектов вокруг. Ваша граница существует из-за границ других предметов вокруг вас. Когда их границы утеряны, ваши границы утеряны — вы связаны друг с другом, вы вместе.

Ваш ум и ваши внешние объекты соединены вместе, они имеют мост. Если один берег исчезает, мост падает и с мостом исчезает другой берег тоже, потому что невозможно существование одного берега без другого — в этом смысл связанности.

И тогда есть единство — единство пустоты. Вы пусты и цветок пуст, ибо нет границ для цветка, тогда как может быть центр? Это одно из глубочайших осознаний Будды, и только Буддисты заявили это так прекрасно: они говорят, что нет атмы, нет души.

Это было совершенно не понято, ибо индуисты говорят, что вся их религия основывается на атме, душе — верховной душе. А Будда говорит: «Когда нет границы, как может существовать душа?» Когда нет границы и ум стал полностью молчаливым, как может существовать «я»? Ведь «я» — это ум. Как вы можете сказать «я есмь», когда существует лишь целое? Когда фигура и фон стали едины, как вы можете сказать «я есмь»?

Это есть пустота Будды — анатма. Это слово прекрасно — анатма, не-самость. Вас больше нет, но все же вы есть. На самом деле вы в первый раз существуете как целое, но вы не существуете как индивидуальность, как отмеченная, определенная отдельность.

Вы больше не остров, вы существуете как огромная ширь пустоты. И то же самое с цветком, то же самое с деревом, то же самое с птицами и животными, то же самое со скалой, звездами и солнцем. Когда ваша самость исчезает, тогда самость исчезает отовсюду, ибо это ваша самость отражалась, это ваша самость резонировала во вселенной, это отражалось ваше безумие. Теперь его больше нет.

Сосан говорит, что когда есть пустота — есть и единство. Если вы есть, как может быть какое-либо единство? Само ваше отделенное существование создает разделение.

Магометане говорят, что они любят индуистов, они братья; христиане говорят, что они любят иудаистов, они братья. Каждый является братом, но как вы можете быть братом, когда вы христианин? Как вы можете быть братом, когда вы индуист? Ваша огражденность, ваша граница несет в себе вражду. В крайнем случае вы можете терпеть другого, но вы не можете быть едины с другим. И простое произнесение слова «брат» не помогает, ибо никто не враждует так опасно, как братья.

Говоря, что я индуист, я делаю себя отдельным от целого; говоря, что я могуч, я отделяю себя от вселенной; говоря, что я необыкновенный, я отделяю себя от вселенной. Это то, что говорит Чжуан-цзы: «Будьте просто обычными». Это значит не отделяйтесь никак, не делайте точных определений относительно себя. Живите с текучими границами, которые всегда готовы к встрече и расплавлению.

Поймите связанность этих двух и изначальную реальность — единство пустоты. В этой пустоте два неразличимы...

Они не могут быть различимы, они не могут быть ощущаемы как отдельные друг от друга. Они отдельны, но эта отдельность совершенно другая. Вы можете различить, но эта разделенность не от эго.

Это точно так, как волна в океане. Вы можете различить: волна есть волна, а не океан, и все же она — океан. Волна не может существовать без океана. Океан колеблется в ней, океан пульсирует в ней. Она отдельна как форма и все же не отдельна как существование. Вы остаетесь отдельными, но все же вы не отдельны. В этом самый основной парадокс, который переживается человеком, когда он испытывает состояние несамости, анатмы.

...И каждое содержит в себе весь мир.

Неотделенные, вы ничего не теряете — вы обретаете Целое. А вы всегда боитесь потерять, вы всегда думаете: «Если я потеряю себя, тогда меня больше не будет. Что я тогда могу обрести?» Вы теряете и вы получаете Целое, а вы не теряете ничего, кроме вашего несчастья, раздражения, тревоги. Что у вас есть, чтобы потерять? Вам нечего терять — только ваше страдание, ваше рабство.

И каждый содержит в себе весь мир. Когда вы теряете, вы становитесь всем миром, все ваше. Вы нищие из-за самих себя. Вы можете быть императорами; ум — это нищенская сума.

Я слышал одну суфийскую историю. Это одно из древнейших суфийских поучений.

Однажды нищий пришел в императорский дворец. Император в это время был в саду, поэтому он услышал его. Привратник хотел ему что-то подать, но нищий сказал: « У меня есть одно условие: я всегда принимаю от хозяина и никогда от слуг».

Император гулял и слышал это, поэтому он пришел посмотреть на этого нищего, ибо нищие не ставят условий. Как вы можете ставить условия, если вы нищий? Должно быть, это особый нищий. Император никогда до этого не видел человека с таким императорским обликом. Этот человек обладал какой-то славой, он распространял вокруг себя благородство. Его одежда была изорвана, он был почти наг, но нищенская сума была очень и очень роскошной.

Император сказал: «Из-за чего это условие?»

Нищий ответил: «Потому что слуги сами нищие, а я не хочу быть невежливым к кому-либо. Только хозяин может подать. Как могут подать слуги? Поэтому, если ты готов, ты можешь подать и я приму это. Но тогда я тоже ставлю условие: оно таково, что моя сума должна быть целиком заполнена».

Это была маленькая нищенская сума, и император начал смеяться. Он сказал: «Ты, кажется, сумасшедший. Ты что думаешь, что не смогу наполнить твою нищенскую суму?»

И он приказал своим министрам принести драгоценные камни — уникальные — и наполнить ими нищенскую суму.

Но министры попали в затруднение, ибо когда они наполняли суму камнями, они падали в нее и не производили даже звука — они просто исчезали. А нищенская сума оставалась пустой.

Тогда и император оказался в затруднении — все его эго было поставлено на карту: он, великий император, который управляет всем миром, не смог заполнить нищенскую суму! Он приказал: «Принести все, но эта сума должна быть наполнена!»

Целыми днями опустошались его сокровища, но сума оставалась пустой. Затем ничего уже не осталось, император стал нищим — все было потеряно. И он припал к ногам нищего и сказал: «Теперь я тоже нищий и я прошу только одного: открой мне тайну этой сумы — она, кажется, волшебная!»

Нищий ответил: «Ничего подобного. Она сделана из человеческого ума — ничего особенного».

Каждый человеческий ум — это точно такая нищенская сума. Вы продолжаете наполнять его, но он остается пустым. Вы бросаете весь мир, все миры — и они просто исчезают, не издавая ни звука. Вы продолжаете давать, а он всегда просит еще.

Дайте любовь, но если нищенская сума присутствует — ваша любовь исчезнет. Дайте всю вашу жизнь, но если нищенская сума есть — она смотрит на вас глазами, говорящими, что вы ничего не дали, она все еще пуста. И единственное доказательство, которое вам дается, это то, чтонищенская сума пуста, а она никогда не бывает полной. Конечно, логика проста — вы ничего не дали.

Вы достигли многих и многих вещей — все они исчезли в нищенской суме. Ум — это саморазрушительный процесс. До того, как исчезнет ум, вы останетесь нищим. Все, чего вы можете достичь, будет тщетно — вы останетесь пустым.

И если вы растворите этот ум через пустоту, вы станете наполненным в первым раз. Вас больше нет, но вы стали целым. Если вы есть, вы останетесь нищим. Если вас нет, вы становитесь императором.

Вот почему в Индии мы называли нищих свами. Свами означает господин, император. Вы не сможете найти лучшего слова для саньясинов. Когда я думал, какое имя давать новым саньясинам, я не мог улучшить его. Свами, кажется, самое лучшее.

Оно означает человека, который отбросил себя настолько полно, что его больше нет: он стал всем миром, хозяином всего. С другой стороны, даже императоры остаются нищими: они продолжают вожделеть, просить и страдать.

Если вы не делаете различия между грубым и тонким,

вы не будете искушаемы предубеждением и мнением.

Если вы не делаете различия между грубым и тонким, хорошим и плохим, красотой и уродством, этим и тем, если вы не различаете, если вы не предпочитаете — вы просто принимаете Целое, как оно есть. Вы не вкладываете в него свой ум и не становитесь судьей. Вы просто говорите: «Это так».

Есть колючка, вы говорите: «Это так». Есть роза, вы говорите: «Это так». Есть святой, вы говорите: «Это так». Есть грешник, вы говорите: «Это так». А Целое знает, никто другой не может этого знать, зачем существует грешник. На это, должно быть, есть какая-то причина, но об этом таинстве заботиться Целому, а не вам.

Вы не можете решить этого, оставаясь собой. Если вы остаетесь собой, вы будете великим философом. У вас будет много вопросов и ни одного ответа; у вас будет много теорий, но ни одной истины. Но если вы станете самим таинством, вы узнаете. Но это знание так тонко, что его нельзя переложить в слова; это знание так парадоксально, что превосходит все языки; это знание так противоречиво — ведь противоположности теряют границы, они становятся едины — что никакие слова не могут его выразить.

Фигура означает слово, а фон означает молчание. В этом знании фигура и фон становятся едины, молчание и слово становятся едины.

Как вы можете высказать это? Но это все же должно быть высказано, ибо есть многие, кто жаждут этого. Даже слушая об этом, чье-то сердце, возможно, отправится в путешествие. Вот почему Сосан говорит эти вещи.

Сосан знает, что они не могут быть высказаны, ибо когда бы вы ни сказали это, вы вынуждены сделать различение. Когда вы говорите что-либо, вы вынуждены выбирать слово; когда вы должны что-то сказать, вы предпочитаете это — тому; и входит ум.

Но никто не сделал это лучше Сосана — он несравненен. Вам не найти другого, кто вложил это молчание в слова так прекрасно. Даже Будда позавидовал бы. Этот Сосан действительно Мастер: Мастер молчания и Мастер слов. Он вложил в этот мир нечто, что не принадлежит этому миру. Он пропитал эти слова глубоким молчанием своего переживания.

Слушайте эти слова, не только слушайте — впитывайте. Дайте им просочиться в ваше сердце. Не запоминайте их, дайте им войти в вашу плоть и стать вашей кровью и костями. Впитывайте, ешьте их, переваривайте их и забудьте их. А в них — огромная сила для трансформации.

 

 

 

 

!