Погрузитесь в себя!

ПОГРУЗИТЕСЬ В СЕБЯ!...

Кажется, что столько произошло, и всё же, кажется, что ничего так и не произошло.

Это и есть кнут?

Медитация ли это вообще?

Пожалуйста, расскажи об основном тексте тантры для любящих.

Насколько полно можно полагаться на свой внутренний голос?

Что делать с желанием быть одобренным и принятым?

Первый вопрос: В течении нескольких лет я вёл дневник, где записывал идеи, мысли, ощущения, состояния. Позже я просто стал открывать эту книгу и глядеть в пустой лист, или рисовал маленькие картинки. Кажется, что столько произошло, и всё же. кажется, что ничего так и произошло. Просто слова уже, кажется, уже не приходят так, как они приходили раньше...?

Этому можно только радоваться; нужно радоваться, если вместо слов к тебе приходит тишина. Появляются просветы, интервалы. Поэтому не беспокойся, если слова не приходят, как раньше. Что-то другое, гораздо более ценное начинает к тебе приходить. Ты ещё этого не замечаешь.

К тебе идёт чистое пространство. К тебе идёт пустое пространство. К тебе приходит пустота. И только в этой пустоте встречаются с Богом. Только в этой пустоте встречаются с правдой.

Так забудь о словах. Просто жди! Смотри на пустую страницу — пустая страница содержит неизмеримо больше, чем может содержать любая написанная страница.

Есть одна суфийская книга, «Книга Книг». Она совершенно пуста. В ней ничего не написано. Если бы вы её купили, вы бы подумали, что вас обманули. Но это книга действительно книга книг. Если вы её будете читать, вы узнаете самое главное. Она просто нечто показывает. Она просто предлагает: стань таким же пустым, как и книга.

Поэтому, когда перед тобой пустая страница, не рисуй даже картинок, потому что ты будешь продолжать быть занятым и упустишь великую пустоту, которая могла к тебе прийти. Ум путается, и в страхе начинает что-то делать, чтобы остаться при деле.

Сделай это своей медитацией. Держи лист перед собой и наблюдай, стань столь же пустым, как и лист. Позволь двум пустым страницам слиться, и тогда в этом соприкосновении ты исчезнешь и нечто запредельное войдёт в тебя. И ты уже никогда больше не будешь тем же самым, потому что ты испробовал нечто бессмертное. Ты ощутишь нечто бесформенное, нечто незнакомое, невыразимое, нечто совершенно неуловимое.

Ум постоянно наполнен словами. Эти слова не оставляют вам свободного времени. Они наполняют вас настолько, что не остаётся никакого свободного места для чего-то другого. Слова вас блокируют. Ваш рост тогда не спонтанен, не естественен. Тогда вокруг вас слишком много камней. Слова это камни вокруг вас.

Если это случилось, то случилось уже много: камней больше нет, и рост идёт в гармонии с Божественным. Поэтому, пожалуйста, не рисуй даже картинок, потому что это снова будет уловка ума. Ум не может вставить слова; тогда поможет что-нибудь ещё — поможет рисование картинок. Продолжай смотреть на пустую страницу. Будет даже лучше сесть и смотреть на голую стену.

Бодхидхарма этим занимался девять лет. Он стал просветлённым, просто сидя и глядя на стену. Такова была его мантра и медитация. Это было всё, что он делал. Это даже и не делание. Он не делал ничего: он просто сидел, глядя на стену. Лишь представьте! Если бы вы просидели девять лет, глядя на стену, вы бы тоже стали пустыми, как стена. Постепенно, мысли бы ушли, они перестали бы вас преследовать. Скоро они нашли бы для себя другое пристанище. Вы бы стали к ним слишком безразличны.

Пустота бесконечно ценна, но мы научились быть всегда полными слов. Поэтому когда такое начинает происходить, человек немного пугается. Вы начинаете чувствовать, как будто бы ничего не происходит. Да, это уже другое измерение, ничего не происходит, потому что это величайшее, что может происходить. Не упускайте этой великой возможности, которая к вам пришла. В этом и заключается вся медитация: стать пустым.

Но на Западе, и для любого современного ума — на Западе ли, или на востоке — каким-то образом пустота ассоциируется с чем-то негативным. И не только негативным, но и недопустимым. Люди думают, что стать пустым всё равно, что попасть в руки дьявола. Но ведь это вовсе те так. Попасть в руки дьявола — это быть полным слов. Стать пустым значит попасть в руки Бога — потому что Бог есть только тогда, когда вас нет.

Когда вы настолько исчезаете, что уже ни во что не вмешиваетесь, когда вы не встаёте между собой и Богом, когда вы ничему не мешаете, когда вы настолько замолкаете, как будто бы вас уже нет — Бог сразу в вас оживает. Как только вы прекращаете функционировать, начинает функционировать Бог.

Поэтому не бойтесь. Полюбите это состояние пустоты. Оно вовсе не негативно. Это самое позитивное, что только может быть в мире, абсолютно позитивное — потому что из пустоты возникает всё, и в пустоту всё возвращается. Вся эта вселенная возникла в пустоте и в пустоте же исчезнет.

Пустота это источник и семя, начало и конец, альфа и омега. Помните это, чтобы всегда, когда вы подойдёте близко к пустоте, вы были счастливы, танцевали и праздновали, чтобы это подходило к вам ближе и ближе. Чем больше вы приглашаете, тем больше оно к вам приходит. Приглашайте это, радуйтесь ему — блаженство ваше.

Второй вопрос: Почти на каждой лекции меня клонит ко сну. Когда это происходит, я сразу просыпаюсь или скорее, просыпаюсь в шоке, который пробегает по всему моему телу. Так это и есть кнут?

Ещё не совсем! Это только лишь тень кнута. Но всё же это уже кое-что, хоть и тень кнута. Если вы человек понимания, кнута не нужно — достаточно и тени. А если вы не человек понимания, то кнут понадобится рано или поздно.

Будда говорил, что есть один тип людей, для которого достаточно и тени от кнута. Они похожи на очень понятливых лошадей: увидеть тень кнута для них достаточно. А есть второй тип: нужен кнут, на тень он не реагирует — средний тип ума. И есть ещё третий тип, низший, на которых даже кнут не действует. Есть и четвёртый, самый низший. Даже бить их кнутом, хлестать их не поможет. Эти четыре типа представляют собой четыре стадии засыпания.

Это очень естественно, что вы засыпаете, когда меня слушаете. Этим путём ум хочет избежать. Здесь происходит нечто, что испортит ваш ум. Все мои усилия — разрушить ваш ум, чтобы вы стали опять свежими, чтобы вы заново родились; чтобы помочь вам умереть, чтобы стало возможным воскрешение. Только через смерть возгорится, придёт жизнь.

Ум это чувствует! Слушать меня опасно. Ум создаёт различные поводы, чтобы увильнуть. Иногда он начинает думать, слушая только лишь на периферии. Иногда на начинает обсуждать — правда ли то, что я говорю или неправда, сходится ли это с вашими взглядами или нет. Тогда тоже вы всё упустите. Если же вы останетесь со мной достаточно долго, рассуждение истощается; и тогда ум начнёт постепенно засыпать. Это последняя уловка — тогда уже вообще не нужно слушать!

Но одно уже хорошо: что ты замечаешь, что заснул. Многие засыпают и не замечают. И шок, который ты испытываешь, полезен. Используй его! Если ты используешь его, тогда постепенно ты перестанешь засыпать. Сонливость — это уловка, чтобы поставить барьер между мной и тобой. Если логика уже не помогает, сон поможет.

И всё, что я вам говорю, в общем-то, повторение снова и снова одной и той же истины. И ум может сказать вам: «Так какой смысл слушать? Можешь немного отдохнуть». Ум может сказать: «Я всё это слышал раньше уже не один раз». Но я говорю всё это вам снова и снова, потому что вы всё ещё не услышали.

Некто спросил Будду: « Зачем ты продолжаешь повторять одно и то же снова и снова?» Он ответил: «Из-за вас!»

Если бы вы меня слышали, то не было бы смысла повторять, но вы не слышите меня даже если я повторяю тысячу и один раз.Ум может подать идею, что вы можете поспать, что вы можете отдохнуть. Ум даже может убедить вас, что это очень медитативно, когда вы засыпаете; всё затихает. Спать это нормально, но для сна есть своё время. А если вы спите здесь, то одно можно сказать определённо: когда вы идёте спать, вы не совсем спите.

Есть время для того, чтобы спать, и есть время для того, чтобы не спать. Есть время, чтобы работать, и есть время, чтобы лениться и не работать. Ваша жизнь должна проходить по порядку, по внутреннему порядку. Спите ночью как только можно глубоко, чтобы утром вы могли проснуться насколько возможно полным сил. Если вы выспались ночью, вы не будете спать днём. Если не спали хорошо ночью, будете засыпать днём. Ощущать сонливость утром нехорошо, потому что это сразу показывает, что ваша энергия циркулирует неправильно, что ваша энергия работает нездоровым образом.

Вспомни, что было ночью и как ты ночью спал — тебе наверно мешали сны. Должна была быть какая-то помеха, из-за которой ты встал не свежим; ещё утро, а ты уже устал. Либо ты недоспал, либо переспал. Это тоже опасно. Шести, семи часов сна вполне достаточно. Если ты спишь дольше, лишний сон уже не принесёт пользы; наоборот, он сделает тебя ленивым.

Функция сна — сделать вас бдительными, полными энергии, живыми. Но если вы спите больше, чем необходимо, это те же самое, что слишком много съесть — тогда пища станет ядом. Есть определённое количество, необходимое телу — лишнее станет бременем для тела. Тогда это будет помехой, а не восполнением жизненных сил. Есть определённое количество часов для сна. Если дольше, вы становитесь ленивыми, тогда колесо начнёт вращаться в неверном направлении.

Каждому нужно найти нужной количество сна и пищи для себя. Это должно быть первым шагом для любого искателя, потому что очень многое будет от этого зависеть. Так что, либо ты недоспал, либо переспал. И следовательно, утром ты чувствуешь либо лень, либо сонливость. А когда слушаешь меня, не спи, старайся быть осознающим настолько, насколько можешь — потому что даже если в таком осознании вы упустите то, что я сказал, вы не упустите ничего, потому что, по крайней мере, вы тренировали осознание. А в общем-то осознание и является целью.

И это зависит лишь от вашего решения: если вы хотите быть бдительными, осознающими, вы это можете. Нужно просто оказать телу и уму твёрдо: «Я хочу быть осознающим и бдительным».

Начни становиться хозяином самого себя. Дай телу отдохнуть, но не становись рабом. Удовлетворяй запросы тела, но оставайся работоспособным, оставайся у руля, оставайся хозяином. Иначе в теле останется летаргия, а ум будет продолжать механичные повторения; и это станет повседневной привычкой. Ты пришёл слушать меня, садишься, а тело и ум начинают спать. Покончи с этим! Выйди из этого.

Третий вопрос: Для меня самая лучшая медитация это сидеть в уголке и наблюдать, как вокруг Ашрама играют дети. Но я точно не знаю: медитация ли это вообще?

Наблюдение — это медитация. То, что вы наблюдаете, не важно. Вы можете наблюдать деревья, вы можете наблюдать реку, вы можете наблюдать облака, вы можете наблюдать за играющими вокруг детьми.

Наблюдение — это медитация. А что вы наблюдаете, не главное; дело не в объекте. Состояние наблюдения, способность быть осознающим и бдительным — вот что такое медитация.

Так что всё прекрасно! Дети прекрасны — чистая энергия танцует, чистая энергия бегает вокруг. Наслаждайся этим и наблюдай! Не понимаю, какая у тебя по этому поводу проблема. Ум создаёт проблемы. Что бы вы не делали, ум будет создавать проблемы.

Сейчас ум говорит: «Медитация ли это вообще?»

Помни одну вещь: медитация означает осознание. Что бы ты не делала с осознанием, будет медитацией. Важно не само действие — важно качество, которое ты привносишь в своё действие. Ходьба может быть медитацией, если ты идёшь бдительно. Сидение может быть медитацией, если ты сидишь бдительно. Слушание пения птиц может быть медитацией, если ты слушаешь сознательно. Даже слушание внутреннего шума твоего ума может стать медитацией, если ты останешься бдительной и наблюдательной. Всё дело вот в чём: человек не должен засыпать. Тогда всё, что он делает, будет медитацией. И не бойся этого!

Ум постоянно создаёт какие-нибудь страдания. Ко мне приходило много людей. Они говорили, что чувствуют себя очень хорошо, они парят так высоко — но реальность ли это? Теперь ум создаёт новую проблему: реально ли это? Он никогда не задавал этот вопрос раньше. Когда у вас болит голова, разве будете вы спрашивать: «Реально ли это?» Вы слишком сильно верите в страдания. Головная боль безусловно реальна, но стоит вам взлететь вверх и ощутить вершину блаженства, ум начнёт создавать едва заметные мучения: «А реально ли это? А не обманываете ли вы сами себя, не галлюцинация ли это, не воображение ли. Может это просто сон». Или, если вы не можете найти подобных объяснений, тогда: «Наверняка Ошо меня гипнотизирует. Я наверно, в гипнозе».

Вы никак не можете поверить, что можете быть блаженными, что вы можете быть счастливыми. И всё из-за этой тенденции ума; из-за цепляния ума за страдания. Ум постоянно ищет и находит ад, потому что может существовать только в страданиях — в блаженстве он исчезает. Голько в страданиях для него начинается волнующая жизнь. Только в страданиях его дела идут хорошо. Стоит вам стать счастливыми, он уже не нужен; если человек блажен, зачем ему ум? — он вышел уже за пределы ума. Ум чувствует, что остался позади, что его бросили, он начинает вас «пилить». Он ноет: «Куда ты идёшь? Ты что, под гипнозом? Что за иллюзии у тебя — это же всё сны!»

Из-за этого свойства миллионы людей, доходя до определённой точки в медитации один или несколько раз в своей жизни, проходили мимо двери. Дверь возникала перед ними, но они не могли в это поверить. Медитация это такое же естественное явление, как и любовь. Она приходит к любому! Она — часть вашего существа, но вы не можете в неё поверить. Даже если она и приходит, вы каким-то образом её проглядываете. Или тогда, когда что-то происходит, вы не можете никому об этом рассказать, потому что вы боитесь, что другие посчитают вас сумасшедшими. Ваш собственный ум начинает убеждать, что это невозможно, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. И вы забываете обо всём этом.

Вспомните — в детстве, или позже, в юности, были такие моменты. Не может быть, чтобы этих моментов не было — они были в жизни каждого. Попробуйте вспомнить их и вы увидите, что были моменты, когда нечто открывалось, но вы закрывались от этого, вы боялись.

Иногда, сидя в тишине ночи, глядя на звёзды, вы чувствовали, что нечто сейчас произойдёт, и вы отстранялись; чувствуя что-то неладное, испугавшись, вы сразу начинали что-то делать. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Вы упускали возможность. Иногда приходила глубокая любовь, когда вы просто сидели рядом с любимым человеком — вас уносило в какое-то новое неизвестное измерение. И вы пугались, вы сталкивали себя обратно на землю.

Иногда даже без всякого повода, когда вы просто плавали в реке, или бегали по дорожке на жарком солнце, или просто лежали на пляже, слушая непокорный шум океана, с вами начинало что-то происходить, какое-то внутреннее алхимическое преобразование, как будто ваше тело само вырабатывало ЛСД. Нечто происходило внутри... и вы начинали перемещаться в совершенно неизвестное пространство — как будто у вас появлялись крылья и вы могли лететь. Вы пугались и хватались за землю.

Такое случалось много раз, когда люди приходили получить посвящение в саньясу. Иногда, когда я видел среди них очень восприимчивых людей, очень чувствительных, и дотрагивался до их головы, они сразу пугались. Лишь несколько дней назад, дочь Ашока Кумара, одного из знаменитых киноактеров, приняла саньясу. Когда я прикоснулся к её голове, она закричала: «Прекрати Ошо! Остановись! Остановись!» Всё её тело дрожало. Она пыталась схватиться за землю. А дверь была очень, очень близко. Нечто невыразимо ценное могло произойти, но она испугалась.

Много раз, в жизни каждого человека, происходили такие моменты. Но эти моменты ничем не угрожают, они не сделают ничего плохого вам. Если вы готовы, вы можете начать двигаться, плыть в них, проникать в них, течь с ними, до самого края света. А если вы боитесь, если хватаетесь за берег, вы упускаете корабль. Корабль не может вас ждать.

Поэтому, не поддавайся уму. Наблюдать, как вокруг играют дети — прекрасная медитация — потому что наблюдение и есть медитация. Но помни одно: не раздумывай над этим. Если вокруг дети, танцуют, бегают, играют, визжат, прыгают, скачут, не задумывайся — сиди и наблюдай. Наблюдай безо всяких мыслей.

Осознавай, но не думай. Оставайся бдительной — просто смотри, стань чистым наблюдением, прозрачным, но только не думай об этом; иначе сразу собьешься.

Наблюдая за детьми, ты можешь начать вспоминать своё собственное детство, твой собственный внутренний ребёнок может возвратиться назад. Тогда опять ты сбилась, тогда ты уже не наблюдаешь за теми детьми. Память пришла к тебе в ум. Опять начался фильм; тогда ты уже в мечтах. Просто наблюдай!

Четвёртый вопрос: Поиски высшего индивидуальны, но не могли бы вы рассказать об основном тексте для любимого из тантры и о поиске нашего внутреннего существа?

Следует понять одну очень загадочную, сложную вещь. Если вы не влюблены — вы в одиночестве; а если вы влюблены, по-настоящему любите — вы одиноки.

Быть в одиночестве — это быть печальным; а быть одиноким — это вовсе не значит быть печальным. Одиночество — это ощущение нецелостности. Вам нужен кто-то, и этого кого-то сейчас с вами нет. Одиночество — это смущение, что вы стали целостными. Больше никого не нужно, вас достаточно. И это приходит с любовью! Влюблённые становятся одинокими — через любовь вы соприкасаетесь со своей внутренней целостностью. Любовь делает вас целостными. Влюблённые делятся друг другом, но это вовсе не нужда для них, это переполняющая их энергия.

Два человека, которые страдают в одиночестве, могут договориться и пойти вместе. Но они не влюблённые, помните, они остаются в одиночестве. Просто теперь, в присутствии другого, они не ощущают своего одиночества, только и всего. Они каким-то образом сумели себя обмануть. Их любовь это всего лишь средство, чтобы обмануть себя, что «я уже не одинок — со мной другой человек». А вследствие того, что два одиноких человека встречаются, их одиночество удваивается, или даже умножается. Так обычно и происходит.

Вы ощущаете одиночество, когда вы один, а когда вы с кем-то, вы действительно несчастны. Это встречается на каждом шагу. Когда люди в одиночестве, они ощущают одиночество и потребность найти кого-то. А когда они кого-то находят, начинаются страдания, и они чувствуют, что уж лучше быть одному — это уже слишком. Так что же происходит?

Два одиноких человека встречаются. Это значит, что встретились два мрачных, печальных, страдающих человека. Так страдания только умножатся. Как из двух отвратительных явлений может возникнуть что-то красивое? Как два одиночества, встретившись, могут друг друга дополнить, стать одним? Невозможно. Они будут эксплуатировать друг друга. Они как-нибудь будут пытаться обмануть себя посредством другого, но этот обман не продлится долго. Как только кончится «медовый месяц», связь тоже кончится. Это будет чем-то временным. Это просто иллюзия.

Настоящая любовь — это не поиск выхода из одиночества. Настоящая любовь — это трансформация одиночества в одинокость, помощь другому; если вы полюбили человека, вы помогаете ему стать одним. Вы не наполняете собой её или его. Вы не пытаетесь каким-либо образом дополнить другого своим присутствием. Нет. Вы помогаете другому стать одним, стать настолько наполненным её или его собственным существом, чтобы вы перестали быть необходимым.

Когда человек совершенно свободен, то только в такой свободе возможен обмен. Тогда он может так много дать, но не как нечто обязательное, он так много даёт, но это не будет сделка. Он даёт много, потому что ему есть что дать. Он будет давать, потому что он будет этим наслаждаться.

Влюблённые одиноки. И настоящий любящий никогда не нарушит вашей одинокости. Он будет всегда уважать одинокость другого. Это для него священно. Он не будет вмешиваться. Он не будет нарушать этого состояния.

Но обычно, влюблённые, так называемые влюблённые, очень боятся друг друга и боятся одинокости другого, независимости другого; они очень этого боятся, потому что они думают, что если другой будет независим, то в них отпадёт нужда, они будут выброшены за ненадобностью. И поэтому женщина старается сделать так, чтобы муж продолжал быть зависимым, всегда нуждающимся, чтобы она оставалась что-то значащей. А муж пытается всеми путями доказать свою нежность для неё, чтобы оставаться ценным. Это же сделка и постоянный конфликт, постоянная борьба. А борьба происходит из-за того, что каждый хочет свободы.

Любовь позволяет свободу; и не только позволяет, а требует свободы. Всё, что нарушает свободу, не может быть любовью. Это должно быть что-то ещё. Любовь и свобода всегда вместе, они два крыла одной птицы. Когда вы видите, что ваша любовь начинает противоречить свободе, знайте, что под именем любви вы делаете что-то другое.

Пусть это станет для вас критерием: критерий — свобода; любовь приносит свободу, делает вас свободными, освобождает. И когда вы станете наконец самим собой, вы будете благодарны человеку, который вам помог. Это благодарность будет почти религиозной. Вы будете видеть в другом что-то божественное. Он сделал вас свободной, или она сделала вас свободным, и любовь не обратилась во взаимообладание, ревность, борьбу за власть, политику, давление, использование, и тому подобное, во всё это уродство. Когда любовь воспаряет ввысь, к чистому небу, это свобода, полная свобода. Это мокша, это абсолютная свобода.

Теперь вопрос: «Поиски высшего индивидуальны, но не мог бы ты рассказать об основном тексте для любимого из тантры и о поиске нашего внутреннего существа?»

Тантра — это чистейшая любовь. Тантра это методика очищения любви от всех ядов. Если вы любите, той любовью, о которой я говорю, то сама ваша любовь будет помогать другому стать целостным. Сама ваша любовь станет для другого цементирующей силой. Силой вашей любви другой соберётся воедино, потому что ваша любовь будет нести свободу; и под тенью вашей любви, под защитой вашей любви, другой начнёт расти.

Для любого роста нужна любовь — но любовь без всяких требований. Если в любви есть условия, то рост не будет полным, потому что эти условия встанут на пути. Любите безусловно! Не требуйте ничего взамен. Очень много вернётся само по себе — но это уже другой разговор. Не будьте нищим. В любви будьте императором. Просто одарите ей и смотрите, что произойдёт... она вернётся тысячекратно. Но этому нужно учиться. Иначе, останешься неудачником; будешь давать немножко и хотеть получить обратно много, и эти ожидания, эти надежды убьют всю красоту.

Если вы ждёте и надеетесь, другой чувствует, что вы его используете. Он может этого и не сказать, но будет чувствовать, что им пользуются. И любой, кто чувствует, что им управляют, взбунтуется против этого — потому что это противоречит потребностям души, потому что любое требование снаружи вас разлагает. Любое требование снаружи раздваивает вас. Любое требование снаружи является преступлением против вас, потому что тогда ваша свобода оскверняется. Тогда в вас уже не остаётся ничего священного. Вы уже больше не цель — вы были использованы как средство. А использовать кого-то как средство — это величайший в мире аморальный акт.

Каждое существо — целое в самом себе. Любовь излечивает вас так, чтобы вы стали всем в самом себе. Вы живёте не для того, чтобы удовлетворять чьи-то ожидания.

Тантра — это высшая форма любви. Тантра — это наука, йога для любви. И нужно запомнить следующее: Любите, но не как по обязанности, а как в подарок. Любите, но не требуйте взамен — давайте. Любите, но помните, что ваша любовь не должна стать клеткой для другого. Любите, но будьте очень внимательны — вы идёте по священной тропе. Вы входите в высший, чистейший и святейший храм.

Будьте внимательны! Оставьте всякую грязь перед храмом. Если вы любите человека, любите его как бога. Не меньше. Никогда не любите женщину просто как женщину, и никогда не любите мужчину просто как мужчину, потому что если вы любите мужчину как мужчину, ваша любовь будет очень, очень ординарной. Ваша любовь будет не более, чем увлечением. Если вы любите женщину просто как женщину, ваша любовь не полетит высоко. Любите женщину как богиню, и тогда ваша любовь станет богослужением.

В тантре мужчина, который собирается заняться любовью с женщиной, должен поклоняться ей месяцами как богине. Он должен визуализировать в женщине богиню-мать. Когда визуализация станет полной, когда уже не будет возникать вожделения, тогда видя сидящую перед ним обнажённую женщину, он будет просто чувствовать волнение божественной энергии, когда не возникает вожделения, сама фигура женщины становится божественной, останавливаются мысли и остаётся только благоговение — тогда ему позволяется приблизиться.

Это может показаться абсурдным и парадоксальным. Когда уже не нужно заниматься любовью, ему позволяют заниматься любовью. Когда женщина становится богиней, тогда только ему позволяется заниматься любовью — потому что только теперь любовь может полететь высоко, любовь может дойти до своего пика, до крещендо. Она уже будет не земная, она уже будет не от мира сего, она уже будет не соединением двух тел — она будет связью двух существ. Это будет встреча двух вселенных. Две души встретятся, сольются в одну, и обе, вернувшись назад, будут совершенно

Одинокость означает чистоту. Одинокость означает, что вы просто вы, и никто ещё. Одинокость означает, что вы — чистое золото; одно золото без примесей. Просто вы. Любовь делает человека одиноким. Исчезнет одиночество, и придёт одинокость.

Одиночество — это состояние, когда вы больны, устали от себя, наскучили себе, и вы хотите куда-нибудь пойти и забыть себя в ком-то ещё. Одинокость же — это когда вам достаточно самого себя. Вы блаженны просто сам по себе. Вам не хочется никуда идти. Вам вообще ничего не нужно. Достаточно себя. Но теперь новое качество появляется в вашем существе. Вас так много, что вы не можете этого вместить. Вам приходится делиться, вам приходится отдавать. И вы будете благодарны любому, кто это примет. Он мог бы и отвернуться.

Влюблённые чувствуют благодарность, когда их любовь принята. Они хотят поблагодарить, потому что они были так переполнены энергией, что нуждались, в ком-то, на кого её излить. Когда цветок распускается и изливает свой аромат навстречу ветрам, он чувствует благодарность ветрам — аромат становился для него всё более и более тяжким. Он становится грузом. Это также, как если бы женщина была беременна, прошло девять месяцев, а ребёнок не рождается, задерживается. Теперь это такой груз, она хочет поделиться с миром своим ребёнком. Вот что такое роды.

До этого она носила ребёнка в себе. Он был только её. Но теперь это уже слишком; она уже не может его вместить. Его нужно отдать; ребёнка нужно отдать миру. Мать должна отбросить свою привязанность. Как только ребёнок покинул матку, он принадлежит уже не только матери; он начинает уходить всё дальше и дальше. Он становится частью великого мира. То же происходит, когда облако наполняется дождевой водой, готовой пролиться. И когда проливается дождь, облако чувствует облегчение и счастье; оно благодарно иссохшей земле за то, что она его приняла.

Есть два типа любви. Один: вы любите, когда вы в одиночестве; как необходимость — вы идёте к другому. И есть любовь, когда вы не в одиночестве, но один. В первом случае вы хотите что-то получить; во втором случае вы хотите чем-то поделиться. Вы дарите, как император.

Помните, тантра это не ординарная любовь. Она не имеет ничего общего с вожделением. Это великая трансформация вожделения в любовь. Поиски высшего индивидуальны, но индивидуальностью делает вас любовь. Если она не делает вас индивидуальность, если она пытается вас поработить, тогда это вовсе не любовь — это ненависть под маской любви. Притворяясь любовью, каким-то образом в вас живёт скрытая ненависть; каким-то образом ей удаётся притвориться любовью.

Такого типа любовь убивает, разрушает индивидуальность. Она всё больше и больше лишает вас индивидуальности. Она ведёт вас вниз. Вы не растёте, вы не становитесь красивее. Вы сталкиваете себя в грязь. И окружающие начинают чувствовать, что находятся рядом с чем-то грязным. Любовь должна принести вам свободу — никогда не довольствуйтесь меньшим. Любовь должна сделать вас белым облаком, совершенно свободным, блуждающим по небу свободы, без всяких, оставленных где-либо, привязанностей. Привязанность не принадлежит любви; она принадлежит вожделению.

Медитация и любовь — вот два пути, чтобы достичь той индивидуальности, о которой я говорю. Между ними существует глубочайшая связь. В действительности, это две стороны одной монеты: любовь и медитация.

Если вы медитируете, то рано или поздно вы столкнётесь с любовью. Если вы продолжаете погружаться в медитацию, то рано или поздно вы начнёте чувствовать, что в вас возникает невыразимая любовь, которую вы никогда не чувствовали ранее. Откроется новое качество в вашем существе, новая дверь. Вы станете впервые зажженным пламенем, и теперь захотите поделиться.

Если вы глубже погрузитесь в любовь, то постепенно вы увидите, что ваша любовь становится всё более и более медитативной. Неощутимая тишина начнёт наполнять вас. Начнут исчезать мысли и появляться просветы. Просветы тишины! Вы соприкоснётесь со своей глубиной.

Любовь делает вас медитативным, если это действительно любовь. Медитация наполняет вас любовью, если это действительно медитация. В мире есть два основных типа людей: те, кто находит медитацию через любовь; и те, кто находит любовь через медитацию. Для тех, кто может найти медитацию через любовь, подойдёт тантра. Это наука именно для них. А для тех, кто может найти любовь через медитацию, подойдёт йога; это наука для них.

Тантра и йога: лишь два пути — главных, фундаментальных. Но и то, и другое может вам навредить, если вы не поймёте их правильно. А критерий следующий — слушайте! — если вы медитируете и не начинаете любить, сразу знайте, что идёте не туда. Из ста йогов вы можете увидеть девяносто девять, ушедших в сторону. Чем глубже они погружаются в свою медитацию, тем меньше в них любви. В действительности, они начинают бояться любви. Они начинают воспринимать любовь как разрушительную силу. Тогда их медитация — не настоящая медитация. Медитация, которая не приводит к любви — вообще не медитация. Это уже бегство, а не рост. Это также, как если бы семя начало бояться стать растением и расцвести цветами, начало бояться выделить свой аромат навстречу ветрам. Семя стало скрягой.

Такого типа йогов вы можете увидеть по всей Индии. Их медитация так и не стала цветением. В их медитации возник запор. Они застряли. На их лицах вы не увидите красоты. В их глазах вы не увидите разума. Вы ощутите в их присутствии определённую атмосферу тупости и неразумности. Вы не назовёте их бдительными, осознающими, живыми. Какая-то мертвенность... потому что если вы живы, вам придётся полюбить. Отвергнув любовь, они отвергли жизнь.

И эти люди всегда будут стремиться уйти в Гималаи, или куда-нибудь ещё, лишь бы никого не видеть. Их одиночество не будет одинокостью, это будет именно одиночество. Вы можете прочесть это на лицах. Они совсем не счастливы в своём уединении. На их лицах вы увидите муку — но это же так глупо! Как будто их собираются принести в жертву. В них вы увидите эго, а не покорность. Ведь с покорностью приходит и любовь. Когда эго становится таким непомерно сильным, любовь может быть полностью побеждена. Эго — противник любви.

Йога в руках не тех людей. То же самое и тантра. Под именем тантры люди начинают просто удовлетворять своё вожделение, свои сексуальные потребности и свои половое извращения. В ней не осталось ничего медитативного. Она стала утончённым использованием вожделения, секса и страсти. Она стала ловким приёмом: вы можете оправдать теперь свои извращения. Тантра стала красивым покрывалом.

Так что помните о том, что человек очень хитёр. Он извратил йогу, он извратил тантру, Будьте осторожны! И то, и другое хорошо; и то, и другое неоценимо полезно; но вот критерий, который нужно запомнить: если вы занимаетесь одним правильно, второе будет идти следом, как тень. Если второе не идёт следом, то где-то вы совершили ошибку. Возвращайтесь и начинайте снова. Посмотрите в свой ум, проанализируйте его. Где-то, должно быть, вы себя обманули. А это не так уж сложно — — потому что вы уже умеете обманывать других. Но себя вам всё равно не обмануть. Это невозможно. Стоит погрузиться внутрь и понаблюдать, вы увидите, где был обман. Себя никто не обманет! Это невозможно. Как вы можете себя обмануть?

Пятый вопрос: «Где пределы, до которых можно полагаться на собственный, внутренний голос»?

Во-первых: внутренний голос это вовсе не голос — это тишина. Он ничего не говорит! Он нечто показывает, но вовсе ничего не говорит. Он на что-то указывает, а не говорит.

Внутренний голос — не голос. Если вы всё ещё слышите какой-то голос, то он не внутренний. «Внутренний голос» это ошибочный термин. Это неправильно подобранное слово. Только тишина бывает внутренней. Все голоса — явление внешнее.

Например, вы собираетесь что-то украсть, но внутренний голос говорит: «Не бери! Это грех». Это не внутренний голос, а просто ваша обусловленность: вам просто кто-то говорил так не делать. Это общество говорит из вас, показавшись внутренним, но это не внутри. Если бы вас воспитали как-либо по-другому и если бы вам говорили, что красть хорошо, тогда бы этого внутреннего голоса не было. И вы прекрасно это знаете!

Если вы выросли в семье вегетарианцев, то как только вы видите невегетарианскую пищу, внутренний голос говорит: «Не ешь это — грех!» Но если вы выросли в семье невегетарианцев — никаких проблем. Тогда вы просто не можете поверить, что есть люди, кому внутренний голос говорит: «Не ешь!» Всё зависит от того, что вам внушили.

Это не внутренний голос. Это просто совесть общества. Обществу пришлось создать в вас внутренние разграничения, потому что внешних разграничений оказалось недостаточно. Есть полиция, но этого недостаточно — полицию можно перехитрить. Есть суд, но этого недостаточно, потому что вы можете быть более хитрыми, чем суд. Внешние разграничения недостаточны, нужны некоторые внутренние. Поэтому общество учит вас, что красть — плохо; это хорошо, а то — плохо. Оно постоянно учит, постоянно повторяет, так что входит в само ваше существо. Это становится частью вашего внутреннего мира. И когда вы хотите украсть, вдруг кто-то изнутри вас говорит: «Нет!» И вы думаете, что с вами говорил внутренний голос или Бог. Нет, ничего подобного. Это всего лишь общество говорит в вас. Тогда что же такое внутренний голос?Вы собирались уже украсть, и вдруг вы погружаетесь в молчание, и не можете украсть. Внезапно вы останавливаетесь как вкопанный. Возникает просвет. Ваша энергия останавливается. Не то, чтобы кто-то сказал: «Не бери!» Никакого голоса — просто внутренний покой. Но этот покой заставляет вас застыть.

Случилось так, что один великий буддийский монах, мистик Нагарджуна, проходил мимо деревни. Император страны был поклонником Нагарджуны. Император подарил ему золотую чашу для подаяний, украшенную вокруг алмазами. Она была очень дорогой, а Нагарджуна был полуголым странником. Когда мимо него проходил вор, он не мог поверить своим глазам: столь драгоценная вещь, и у такого голого человека! И вор пошёл за ним.

Нагарджуна ночевал за городом в маленьком полуразрушенном монастыре. Там даже дверей не было, и вор очень обрадовался. Он сказал: «Теперь он ляжет отдыхать, или по крайней мере, он ляжет ночью, уснёт. И я возьму её без всякого труда». И он спрятался за стеной.

Нагарджуна вышел и сказал: «Ты уж лучше войди и возьми эту чашу, чтобы я мог нормально заснуть. Всё равно ты её возьмёшь, так чего не отдать? Я думаю, что будет лучше подарить её тебе. Я бы не хотел сделать тебя вором — это подарок!»

Человек не мог поверить своим глазам; он вошёл, и наперекор самому себе склонился к ногам Нагарджуны. Нагарджуна сказал: «Теперь ты можешь идти, потому что у меня больше ничего нет. Радуйся и оставь меня в покое».

Но вор сказал: «Подожди: я бы тоже хотел быть таким же непривязанным к вещам, как и ты. Ты заставил меня почувствовать себя таким бедным. Есть ли путь, по которому я тоже однажды смогу достичь такой вершины осознания?»

Нагарджуна ответил: «Да, есть такой путь».

Вор сказал: «Но одно я хочу тебе сразу сказать: не говори, что я должен прекратить воровать. Потому что куда бы я ни пошёл — а я ходил по всяким мистикам и святым, а сам я известный здесь вор, так что все они знают это — так вот, они сразу же говорят: «Сначала прекрати воровать*, а этого я не могу сделать. Я пробовал, но этого я не могу, поэтому, пожалуйста, не ставь такое условие. Всё остальное, что ты ни скажешь, я выполню».

Нагарджуна сказал: «Видимо ты ещё не встречал настоящего мистика или святого. Ты, должно быть видел только бывших воров. Иначе, почему кто-то должен беспокоиться по поводу того, что ты вор? Будь вором! — это не моё дело. Меня это не волнует. Только одна вещь есть, которую я хотел бы тебе посоветовать, это: иди и делай всё, что чувствуешь нужным, но только осознавай, будь бдительным! Не делай ничего бессознательно, механично, как робот».

Вор сказал: «На это я согласен. Я попробую».

Нагарджуна сказал: «Я подожду здесь, в этом монастыре пятнадцать дней. Затем ты можешь прийти и рассказать».

На десятый день вор прибежал, весь в испарине, и сказал: «Ты хитрый малый! Я пробовал непрерывно все десять дней. Когда я входил — и это было настоящим чудом: никогда ещё в моей жизни у меня не было такой удачи — я входил в дома, открывал их сокровищницы, и вдруг я вспоминал твои слова и начинал осознавать, и когда я осознавал, ко мне приходил такой покой, что я не мог двигаться. Мои руки не хотели двигаться! Когда я бессознателен, мои руки работают. Но ведь я тебе обещал. Я становился сознательным опять — я не мог уносить вещи с собой. Мне приходилось их оставлять. Все десять дней! Так что, пожалуйста, посоветуй мне что-нибудь ещё».

Нагарджуна сказал: «Это единственное, что я мог тебе сказать. Теперь всё зависит от твоего выбора: ты можешь не принять осознание и оставаться вором, либо ты можешь принять осознание и потерять вора в себе. Это уже зависит от тебя. Я не буду говорить тебе прекратить воровать. Продолжай воровать, если можешь делать это с осознанием. Тогда я за тебя не волнуюсь».

Вор сказал: «Но ведь это невозможно. Я пробовал целых десять дней. Если я осознаю, я не могу украсть. А когда я краду, я не осознаю». И он добавил: «Вообще-то, ты меня поймал — я уже не могу расстаться с этим осознанием. Я его распробовал. Теперь оно дороже всего. Теперь для меня нет ничего дороже этого».

Нагарджуна сказал: «Тогда больше ко мне не приходи. Иди и учи этому других воров!»

Внутренний голос — это не голос. Это энергетическое явление. Над вами берёт верх осознание, тишина. И в этой вот тишине всё, что бы вы ни делали, будет правильным; всё, что не правильно, вы просто не сможете делать. Поэтому я не требую от вас не делать этого, а делать то.

Я просто напоминаю вам то, что Нагарджуна сказал вору: Просто будьте сознательны!

Если вы не осознаёте, тогда вам будет нужно выбирать. Если вы не осознаёте, то перед вами одни альтернативы — делать это, либо делать то — человек в постоянном замешательстве. А если есть осознание, то уже нет альтернатив. В осознании нет предпочтения. Оно просто-напросто заставляет вас делать то, что правильно. Не возникает потребности в выборе. Поэтому не спрашивай, до какой степени можно полагаться на свой внутренний голос.

Во-первых: внутренний голос — это не голос. Это тишина.

Во-вторых: незачем задаваться вопросом о степени доверия: «Где пределы?». Просто оставайся в этом состоянии внутреннего молчания, полного молчания. Добродетель — вторична. Это не предмет, над которым нужно работать. Она идёт следом за осознанием, как тень; это следствие.

Шестой вопрос: Я знаю о своём постоянном желании быть одобренным и принятым другими. Но я не хочу быть во власти этого желания. Как можно этого добиться?

Нужно просто увидеть, насколько это глупо. Тут нечего добиваться. Нужно увидеть всю нелепость, и тогда это исчезнет, не нужно будет ничего делать. Хворь не лечат: она просто проходит. Надо просто попробовать увидеть её нелепость. Я сейчас расскажу несколько анекдотов.

Женщина, которая только что переехала в просторный особняк, встретила знакомую, живущую в другом особняке на краю поместья.

«Добро пожаловать в наше общество»,— приветствовала её местная обитательница.

Вновь прибывшая, надменно пройдя мимо, ответила: «Пожалуйста, оставьте меня в покое. Я никогда не разговариваю с низшим сословием».

«О,— ласково воскликнула обитательница,— и где же вы его видите?»

Каждый — эгоист. Непросто увидеть, что все в одной лодке. Вы можете убедиться, что все в одной лодке. Просто присмотритесь, ведь все в своём глубоком невежестве продолжают оставаться эгоистами, продолжают жить принципами эго. Никто во всём мире не собирается удовлетворять ваше эго; каждый старается удовлетворить своё собственное. Разве у кого-то есть время удовлетворять ваше эго? И даже когда кто-то удовлетворяет ваше эго, он должно быть, удовлетворяет его для того, чтобы удовлетворить своё.

За редким исключением, каждый заботится только о себе. Также, как вы сами заботитесь только о себе, другие тоже заботятся только о себе. Надо это просто увидеть. И каждый старается выиграть, и в этом соперничестве, в этом эгоистичном, честолюбивом состязании, уничтожается всё прекрасное. Разрушается эта прекрасная жизнь, которая могла расцвести и дойти до своего пика — как у Будды, как у Иисуса, как у Кришны. Но все просят друг друга, упрашивают: «Одобри меня! Скажи что-нибудь, чтобы я почувствовал себя хорошо». Поэтому в ходу лесть. Поэтому любой может вас обмануть, просто сказав вам лесть.

И люди продолжают делать то, что вовсе не хотят делать, и они продолжают делать это только потому, что это единственный способ, которым они могут получить одобрение у других. Все сбились с собственного пути, потому что все смотрят на вас, и у них есть своё мнение, куда вам идти.

В одном городе случилось следующее...

Новоявленная невеста вернулась в маленький городок после свадьбы: «Я, наверно, целых девять дней скиталась здесь поблизости»,— сказала она единственному в деревне полицейскому.

«Могло быть,— ответил он.— С того времени только и было, что собака кузнеца сошла с ума».

Люди продолжают напрасно тратить своё время, свою жизнь, свою энергию. Но ведь в этом нет никакой необходимости! В действительности, вы хороши просто такие, какие вы есть. К вам нечего добавлять. Бог никогда ничего не делает незавершённым. Как он может сотворить кого-либо незавершённым?

Вы уже слышали поучения религиозных людей: «Бог сотворил мир», и дальше они внушают вам: «Вы были сотворены Богом по его образу и подобию». И всё же, они учат вас: «Станьте совершенством!» Это же просто абсурд. Бог ведь создал вас по своему подобию, и несмотря на это, вы должны стать совершеннее? Тогда Бог должен быть несовершенным. Как от Бога может прийти что-то неполноценное? На всём сотворённом лежит его печать. Вы сами несете в себе его печать. Оставьте это нищенство!

Один просит денег, другой просит хлеба, третий просит одобрения — все выпрашивают. Не просите! Начав просить, вы теряете многое из того, что уже вам доступно. Лучше ищите, чем просите. Загляните в себя, и там император всех императоров! Начните им наслаждаться! Начните им жить!

Случилось так...

Знаменитый университетский игрок только что возвратился с олимпийских игр с грудью, полной медалей, когда вдруг почувствовал, что заболел.

В больнице доктор измерил ему температуру, укоризненно покачал головой и сказал: «У вас уже добежало до сорока одного».

«Ого!» — тихо сказал атлет. Затем, внезапно воспрянув духом, он спросил: «Эй, док, а каков мировой рекорд?»

Оставьте всю эту чушь! Вас уже одобрили, иначе бы вас здесь не было. Бог вас уже принял, дав вам рождение.

Когда рисует Ван Гог, то что бы он ни рисовал, уже заранее одобрено — иначе он не стал бы творить с самого начала. Если Пикассо что-то рисует, то в самой картине уже содержится его одобрение. Художник вложил в неё своё сердце. Просто войдите глубже в своё собственное существование — Бог вложил туда все сокровища, которые вы ищете. Он вас уже одобрил, уже принял. Он счастлив видя, что вы есть! Но вы туда даже и не заглядываете.

Вы спрашиваете других как нищий: «Одобри меня!» А они сами нищие, такие же, как вы — нищие просят у нищих. Даже если они и одобрят вас в чём-то, то теперь они будут ждать, когда вы их одобрите.

Начнётся торговля. Просто вдумайтесь: у них нечего вам дать, если они сами нищие; и что вы можете им дать, если вы сам нищий? Достаточно немного бдительности, и вы оставите всё это попрошайничество. И вместе с этим, исчезнут амбиции, исчезнет эго. Человек начнёт по-настоящему жить!

Танцуйте, пока вы живёте. Дышите радостно, пока вы живы. Пойте, пока вы живы. Любите, медитируйте, пока вы живы. И как только вы изменитесь, переместите своё сознание, фокус своего сознания из внешнего мира во внутренний, вы почувствуете огромное счастье и блаженство. Просто ощущать: «Я есть»,— в этом сам Бог.

Не принижайте своего Бога до нищего. Оставайтесь Богом! Рассмотрите наконец, свою Божественность, и нечего будет достигать. Нужно просто начать, начать жить. Жить как Бог — вот моё вам послание. Я не говорю: «Станьте Богом». Я говорю: «Вы уже есть! Так начните жить! Вы уже есть — нужно только увидеть. Вы уже есть — нужно только вспомнить! Вы уже есть — только начните вспоминать».

Достигать нечего. Жизнь — это не достижение. Это подарок. Это уже вам дано — так чего же ещё вы ожидаете? Дверь открыта, и хозяева вас уже пригласили — так войдите!

8 марта 1976.

БЫК ОСТАЛСЯ ПОЗАДИ. И БЫК, И Я ОСТАЛИСЬ ПОЗАДИ.

7. Бык остался позади

Верхом на быке, я вернулся домой.

Я безмятежен.

Бык тоже может отдохнуть.

Рассвет настал.

В блаженном покое, в своём соломенном жилище я отложил в сторону и кнут, и верёвку.

Комментарий: Всё подвержено одному закону, а не множеству, Мы используем быка всего лишь как временное средство. Это такая же связь, как между зайцем и ловушкой, между рыбой и сетью. Это как золото и шлак, или как луна, проглядывающая сквозь облака. Единственная дорожка ясного света тянется бесконечно.

8. И бык, и Я остались позади.

Кнут, верёвка, человек и бык — всё слилось в Ничто.

Этот рай столь безбрежен.

Ни одно определение не может этого запятнать.

Как может снежинка существовать в бушующем огне?

Здесь пролегают следы патриархов.

Комментарий: Посредственность ушла. Ум свободен от ограничений. Я больше не ищу просветления. В то же время я уже не в состоянии непросветления. С тех пор, как я лишился условностей, глаза меня уже не видят. Если бы сотни птиц устлали мой путь цветами, цена этому была бы такой малой.

Гертруда Стайн умирала. Вдруг она открыла глаза и спросила своих друзей, которые собрались вокруг неё: «Так где же выход?». Это было почти как прекрасный коан. Вопрос задан не был, она только спросила: «Где же выход?» Естественно, что никто не смог ей ответить. Они переглянулись. Они были неспособны даже понять, что она имеет в виду. Дзенский Мастер был нужен, кто-то, кто мог бы ответить из своего сердца — спонтанно, прямо. Кто-то, кто бы разразился смехом, или закричал, или что-то сделал. Потому что такой вопрос: «Где выход?» — не может быть решён словами.

Стайн показала этим, что вопрос такой, что не может быть сформулирован — и всё же он есть, так каков же ответ? Вопрос таков, что его невозможно выразить. Он столь глубок, что не может быть вынесен на поверхность. Но он остаётся, так где же выход? Вопрос таков, что он неотделим от вопрошающего, как будто всё существо вопрошающего стало одним вопросом: «Где выход?»

Все переглянулись. Они были в полной растерянности, что же делать. Они, должно быть, думали: «Эта умирающая женщина сошла с ума». Это действительно безумно, абсурдно, спрашивать: «Где выход?», если вопрос даже не сформулирован. Никто ей не ответил. Никто не был настолько осознающим, чтобы ей ответить. Никто не ответил, потому что, на самом деле, там никого и не было, чтобы ей ответить. Ни один из них не был достаточно здесь, чтобы ответить ей.

«В таком случае,— настаивала она,— в чём состоит вопрос?» И опять наступила тишина. Как может кто-то другой сказать вам, в чём состоит вопрос? Наверно, она действительно сошла с ума. Определённо, она уже не в себе. Но вопрос таков, что невозможно сказать, в чём он заключается. Как только вы его проговорите, вы его извратите. В тот момент, когда вы его вербализуете, он уже не будет тем же вопросом. Это уже будет совсем не «от вопрос, который был там, в сердце. Как только он вербализирован, он становится чем-то от головы. Он будет выглядеть почти тривиальным, почти поверхностным. Вы не сможете задать главный вопрос. Стоит только его задать, он уже не будет главным.

Только Мастер мог бы понять, о чём она говорила. Она была прекрасной женщиной, замечательным человеком, человеком огромного понимания. И в последнюю минуту своей жизни она расцвела в этот коан. Вы, должно быть, слышали её знаменитое утверждение, которое стало почти клише: «Роза это роза это роза». Нечего сказать о розе — только то, что это роза. Всё остальное, что вы можете о ней сказать, будет фальшивым. Она просто есть, со своей невыразимой красотой, со своим загадочным ароматом — просто как факт. Вы не можете о ней теоретизировать. Всё, о чём вы будете теоретизировать, будет о чём-то ещё, не будет об этой розе; это будет отражённая в зеркале, нереальная вещь.

Роза это роза это роза — большего не скажешь. Ничто не сказано, если вы скажете: роза это роза это роза. Если вы пойдёте к логику, он скажет, что это тавтология: вы повторяете бессмысленно одно и то же слово. Вы ничего существенного не говорите! Но всё же нечто этим сказано: что сказать нечего.

«В таком случае,— настаивала она,— в чём состоит вопрос?» Никто не нарушил тишины. Никто не мог ничего сказать. Нужен был не ответ — она просила действия.

Вы можете долго думать о жизни и смерти, вы можете вырабатывать многочисленные теории и гипотезы, но ведь вся философия — просто мусор. Жизнь останется непознанной. Вопрос о смерти останется открытым. В ту минуту Стайн спросила о жизни и смерти; о том, что стоит над жизнью, и том, что стоит над смертью — о Высшем, о главном, о самом фундаменте нашего существования. Она спросила: «Кто я?» Но философия не может на это ответить. Она долго пыталась найти ответ — десятилетия размышлений и предположений — но всё осталось пустым.

Омар Хайям сказал: «Когда я был молодым, я страстно пытался понять, и часто навещал докторов и святых, и слышал больше споры вокруг да около, в которых никогда не выходили из той же двери, в которую вошли».

Вокруг да около... Масса доказательств, масса философствований, только всё вокруг да около. Никогда ничего прямо в точку. Шастание в кустах. Масса блестящих аргументов, из которых ничего не следует. Всё это выглядит просто тарабарщиной. Это совершенно ни к чему не ведёт, потому что жизнь — это не философский вопрос. И любой ответ, который будет только философским, ни на что не ответит. Жизнь жизненна, и только жизненный ответ может вас удовлетворить; и не ответ, данный кет-то ещё; не ответ, который сфабрикован, выработан умом; не ответ, заимствованный из писаний; а ответ, который возник в самом вашем существе — расцвёл, раскрылся; который был главным ответом самой вашей судьбы, который заставил вас всё осознать. Он станет реализацией; не ответом, а реализацией; не ответом, а откровением; не ответом, а переживанием — живым.

В этом весь смысл истории о десяти быках. Поиски жизненны. Дзен

— это самый прямой путь. Он ведёт прямо в цель. Он нигде не сворачивает, в нём нет вокруг да около. Это не шастание по кустам — он прям, как стрела.Один из сильнейших философов запада, Людвиг Витгенштейн, подошёл очень близко к дзенскому пониманию, почти постучал в дверь. Он сказал: «Загадочно не то, как вещи этого мира существуют, а то, что они существуют вообще». Мир есть — вот величайшее таинство. Не то, как ты здесь оказался, не то, каким образом ты здесь, не цель твоего здесь пребывания, а просто сам факт, что ты здесь — величайшее таинство. Сам факт, что это вы, а это я — величайшее таинство. И тогда уже ответ не выразить словами; сам вопрос не описать в словах.

Мне вспомнилось... Один человек подошёл к Будде и сказал: «Пожалуйста, ответь на мой вопрос, не используя слова, потому что я слышал от стариков, что ответ таков, что его невозможно выразить словами».

Будда рассмеялся и сказал: «Так оно и есть, всё правильно, но тогда вырази свой вопрос, не используя слов, и тогда я тебе отвечу, не используя слова».

Тогда человек сказал: «Это не невозможно». Затем он понял: если вопрос нельзя сформулировать, то как можно сформулировать ответ? Если сам вопрос не может быть определён, как ты можешь требовать ответ?

Витгенштейн прав. И если ответ невозможно выразить словами, и вопрос тоже не объяснить, то не о чем и говорить. Ни вопрос не выразить, не ответ, так зачем всё это, в чём проблема? Это важное открытие. Проблемы не существует — она создана умом, она — творение ума. Если бы вопрос мог быть как-то очерчен, было бы возможно на него как-то ответить.

Кто-то спросил Витгенштейна: «Тогда зачем ты продолжаешь писать такие прекрасные книги?» Его книга «Трактатус Лоджико Философикус» была недавно названа одной из величайших, величайших книг за всю историю человечества. «Тогда зачем ты пишешь книги, если вопрос не может быть сформулирован, а ответ не может быть найден — тогда зачем?»

Он сказал: «Мои утверждения являются разъяснениями в следующем порядке: любой, кто случайно меня поймёт, увидит их бессмысленность». Позвольте мне повторить: «Любой, кто случайно меня поймёт, увидит их бессмысленность». Он использовал их как ступеньки, чтобы забраться выше их. Он, так сказать, выбрасывал лестницу после того, как взбирался вверх.

Как только вы поймёте, тогда всё, что я говорю, бессмысленно. А если вы ещё не поняли, это выглядит осмысленным. Всякий смысл возникает из-за недопонимания. Как только вы поняли — весь смысл исчезает — остаётся только жизнь. Смысл всему придаёт ум, это проекции ума, интерпретация ума. Тогда «Роза это роза это роза», и даже эти слова бессмысленны. Просто роза — просто роза безо всякого имени, без всяких прилагательных, без всяких определений. Только лишь жизнь... вдруг лишённая всякого смысла, всякой цели. И это будет величайшее таинство, которому только можно быть свидетелем.

Потому смысл — это вовсе не то, что нужно искать. Что нужно искать — это как предстать перед самой жизнью — открытым, обнажённым.

Все вопросы в некотором смысле глупы, и все ответы тоже. Все вопросы в некотором смысле глупы, потому что они — творение ума, а ум — это барьер между вами и реальностью. И ум порождает вопросы один за одним. Он препятствует поискам. Он убеждает вас, что вы великий искатель, так, как вы задаёте так много вопросов. Но ваши вопросы только нагоняют тучи вокруг вас. Сначала вы спрашиваете, затем вопрос начинает вокруг вас вертеться; затем вы начнёте находить какие-нибудь ответы, затем вокруг вас начнут вращаться ответы — и с тех пор возникнет барьер между вами и сырой, дикой, обнажённой жизнью; тем. что есть. Это не вопрос, так же как и не ответ. Это откровение. Когда ум исчезает, это вам открывается. Оно просто появляется, раскрывается во всей своей славе, полностью перед вами.

Но человек продолжает задавать вопросы, и ему кажется, что это спрашивание — великий поиск. Но это не так. Все вопросы, все ответы — это игры. Вы можете в это поиграть, если вам нравится, но ничего через них не будет решено. А люди продолжают задавать вопросы до самой своей смерти.

Но Стайн сделала правильно. В последнюю минуту она показала качество, присущее Дзен. Она показала себя как женщина понимания, осознания. Естественно, что люди, которые были рядом, не могли понять, что она показала. Её бы поняли на Востоке, но не на Западе. На Западе о ней, должно быть, подумали, что она сошла с ума перед смертью — потому что наши вопросы обычно продолжаются, те же самые глупые вопросы. Даже на самом краю, когда смерть уже пришла, мы продолжаем всё ту же рутину, задаём всё те же прогнившие вопросы, и продолжаем искать ответы.

Я слышал, что в одном банке случилось следующее...

Грабитель сунул записку кассиру, на которой было написано: «Положи деньги в сумку, молокосос, и не двигайся».

Кассир немедленно сунул её назад, написав на ней: «Поправь галстук, придурок. Тебя фотографируют».

Даже в момент смерти вы будете поправлять галстук, потому что вас фотографируют. Человек продолжает смотреть в зеркало. Человек продолжает интересоваться, что другие о нём думают, что другие о нём говорят. Человек продолжает поддерживать прекрасный образ самого себя. И ведь это усилие всей вашей жизни. А однажды вы исчезнете, и ваш образ превратится в пыль: пыль вернётся в пыль. Не останется ничего.

Будьте сознательны! Не увлекайтесь так сильно образами. Увлекитесь реальным — а реальное внутри вас; это ваше собственная энергия.

Она никак не связана с кем-либо ещё. Не нужно зеркала для самопознания, потому что самопознание — это не отражение. Самопознание — это прямое, непосредственное соприкосновение; вы встречаетесь лицом к лицу с вашим собственным существом.

 

одинокими.

!